— Конечно, — с готовностью отозвалась я и, подхватив тазик, направилась к причалу.

Баксик, во время разделки рыбы на филе пришедший в себя и с тех пор не издавший ни единого звука, тотчас последовал за мной, не спуская глаз с тазика. Не успела я опустить свою ношу на дощатый пол, как щенок, рыча, набросился на требуху и принялся яростно раскидывать её в разные стороны, работая лапами и зубами.

— Баксик, фу–у–у!!! — не своим голосом заорала я, с ужасом созерцая разлетающиеся рыбьи запчасти.

Возобновившееся неадекватное поведение послушного и умного щенка совершенно сбило меня с толку: я не понимала, что с ним происходит, и, как результат, не понимала, что предпринять для того, чтобы выправить ситуацию.

— Что ты делаешь?! Прекрати немедленно!!! — кричала я, прекрасно понимая, что мои приказы уходят в никуда.

Я схватила щенка под живот, пытаясь оттащить от тазика, но пёс продолжал выполнять лапами в воздухе смешные загребающие движения, как будто всё ещё драл требуху, изворачивался, пока наконец, изловчившись, не вырвался на свободу, чтобы тотчас зарыться мордой в отходах. Я нагнулась, чтобы вновь попытаться оторвать его от этой гадости — чешуя, плавники и кишки и так уже равномерным слоем покрывали причал в радиусе нескольких метров, — щенок вдруг вытащил из тазика измазанную морду и, глядя мне в глаза, требовательно залаял, как будто пытался привлечь к чему–то моё внимание.

— Ты нарыл для меня лакомый кусочек? — со вздохом спросила я щенка только для того, чтобы как–то отреагировать.

Баксик радостно тявкнул и заскулил, явно давая понять, что мои предположения верны. Ну что ты будешь с ним делать, ребёнок ведь ещё, бестолковый… но он так старался…

— Что же, давай посмотрим, — снова вздохнула я и нагнулась ещё ниже, чтобы хорошо рассмотреть, что же это там за вкуснятина такая, ради добычи которой Баксик не задумываясь разметал по причалу кучу помоев и обмотался кишками от кончиков ушей до кончиков лап.

Моё внимание привлекло что–то круглое, похожее на блестящую железку–обод, покрытую сопливой слизью и утонувшую в кишках. «Тьфу ты, ёлки… Я превращаюсь в ассенизатора…» — брезгливо поморщилась я, зажимая пальцами нос. «И что это? Кусок оснастки, что ли?» — размышляла я про себя, не решаясь достать предмет из густой вонючей каши.

— Малыш, можешь сам достать эту штуку? — неожиданно для себя попросила я щенка.

Баксик недовольно замотал головой и тявкнул так, что сомнений не оставалось: он отказывался выполнить мою просьбу.

— Ребята! — крикнула я, распрямившись. — Тут Баксик какую–то хрень в рыбе нашёл, можете мне помочь её вытащить? Иначе я до скончания века кишки из–под ногтей не выковыряю.

Ребята и сами собирались взглянуть, что происходит на причале, заинтригованные поведением пса. Наскоро вытерев тряпкой руки, они дружно зашагали ко мне. Не успели они взойти на мостик, ведущий к пристани, как Баксик сердито зарычал и бросился им наперерез, преграждая проход.

— Бакс, это уже не смешно, — серьёзным тоном сказал Иван, отодвигая упирающегося пса с дороги ногой.

— Может, его лиса бешеная укусила? — предположил Матвей, на всякий случай обходя щенка стороной.

— А кто его знает.

Ребята подошли к тазику и вместе со мной нагнулись, рассматривая непонятную штуковину.

— Что это может быть? — спросила я ребят.

— А что гадать–то? Сейчас проверим, — деловитым тоном ответил Матвей и потянулся рукой к предмету.

В тот же самый момент щенок оскалил зубы и, свирепо рыча, сделал предупредительный выпад к его руке, не оставляя сомнений в серьёзности своих намерений.

— Убери! — я ударила Матвея по руке, отбросив её в сторону.

— Ты совсем охре… — начал было зло Матвей, обращаясь к щенку.

— Постой! — прервала его я.

В моей голове роились разрозненные предположения, вот–вот готовые состыковаться и выстроиться в логическую цепочку. И я решила проверить одну догадку.

— Вань, сделай, пожалуйста, вид, что тоже хочешь взять эту штуку, — сосредоточенно размышляя, попросила я Ивана и, увидев его округлившиеся глаза, пояснила: — Не бойся, только сделай движение в сторону железки, я хочу кое–что проверить.

— Твои проверки могут стоить мне руки, надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — резонно заметил Иван, но послушался и осторожно вытянул руку.

Баксик предупреждающе оскалил зубы. Иван тотчас отдёрнул руку, и оба мужчины вопросительно посмотрели на меня. Я приложила палец к губам, предвосхищая вероятные вопросы и комментарии, потом победоносно улыбнулась и спокойно обратилась к щенку:

— Баксик, ты хочешь, чтобы я сама взяла эту штуку?

Щенок радостно затявкал и утвердительно замотал головой.