– Кредиты где взял? – на стол легла наличность.

– Украл, - покаялась я. – Мне нужны были средства.

– Из-за этого тебя преследуют?

– Нет, причина другая, но я не могу сказать, - покаялась я.

– Ты понимаешь, что твой рассказ ничего не значит? – Картариан поднялся со

своего места и обойдя меня, встал за спиной. – И у меня нет причин оставлять

тебя здесь. Знаешь, мне не нужен лишний балласт.

– Я заплачу, - сглотнула я образовавшийся ком. – Я оплачу свой полет.

– Я могу итак все это забрать, ведь кредиты не твои, - хмыкнул он.

– А как же «я не трогаю детей»? – напомнила я ему его слова.

– Да, я не трогаю детей, поэтому, как и сказал, высажу на близлежащей

планете, - уф, это тоже не плохо.

– О большем и не прошу, - проговорила я.

– Лейнц проводи Азара в каюту на среднем ярусе, - у Лейнца немного отвисла

челюсть.

– Но это же капитанский ярус! – возмутился он.

– Хочу, чтобы этот «ребенок» был под присмотром, - а я что? Я ничего. Под

присмотром, так под присмотром. – И без глупостей Азар, не заставляй меня

жалеть о своем решении.

– Спасибо, со мной не будет проблем, - и я поспешила на выход.

– Стой, - я резко остановилась и обернувшись вопросительно посмотрела на

Картара. – Забери, - он кивнул рукой в сторону стола, а потом достал из-под

него рюкзак. Я заграбастала все свое «добро» обратно в сумку и на этот раз

уже окончательно покинула «допросную».

ГЛАВА 7

Неужели пронесло? Мне до сих пор не верилось, что капитан мне поможет, ну

не мне, а анварадскому ребенку, но сути это не меняет. Это даже очень и

очень хорошо, ведь лечу я уже пойманным «зайцем», то есть инкогнито и мое

имя нигде не фигурирует, а Лайосу попутного ветра на Хорос. Пусть поищет,

отвлечется от плохих мыслей о гибели целой планеты. На губах расползлась

довольная улыбочка. Это я удачно «зашла»!

За такими радужными мыслями не заметила, как мы дошли до моей будущей

каюты, вот только стоило мне переступить порог, как я впала в ступор. Это

ТАК нынче живет и здравствует начальство? У них настолько туго с

драссердским бюджетом, что даже на захудалую койку кредитов не нашлось?

Здесь было ПУСТО! Только голые белоснежные с голубым отливом стены.

– Ты чего в дверях стоишь? – поинтересовался Лейнц, заметив мое

замешательство.

36

– А…э, - у меня дар речи пропал. – А матрасик можно попросить, а то спать

твердо и холодно на полу, – знаю наглею, но раз «приютили», то пожалуйста

обеспечьте минимумом, хотя если бы я попросила королевскую кровать, то

тогда да, это можно посчитать наглостью, а матрасик это больше похоже на

малюсенькую просьбочку, а этот «нехороший баклажан» стал тупо ржать. Что

в моей просьбе ему показалось смешным? Я нахмурилась, обдумывая данный

факт, но ничего забавного не обнаружила.

– Смотри, - отсмеявшись, Лейнц подошел к одной из стен и через секунду

перед нами «выпрыгнула» голограмма с геометрическими фигурами. Обошла

со всем сторон эту голограмму и вопросительно уставилась на драссерда. – Ты

не знаешь, что с этим делать? – удивился он.

– Нууу, - протянула я, отрицательно мотая головой.

– Откуда ты только взялся? – простонал драссед, а я пожала плечами,

оставляя вопрос без ответа. Меньше знают, крепче спят, а я в особенности.
– С

помощью этого устройства ты сможешь оборудовать каюту, как захочешь, и

обещаю, что матрас тебе не понадобится,- хохотнул он. Или я туплю или

вообще ни черта не понимаю. Здесь вообще не из чего, что-то создавать. Это

же пустота, картинка, пшик.

– Здесь пусто! – воскликнула я, уставившись сначала на фигуры, а затем

осматривая помещение. Даже завалявшейся старой табуретки не

обнаружилось.

– Какой ты еще ребенок! – посетовал Драссерд. – Смотри и учись, - Лейнц стал

в этой голограмме руками делать невообразимые вещи. Он на глазах создал