Ростов-папа - Дашко Дмитрий

Судя по поскучневшему Петру, напарник пришёл к такому же выводу.

Но мы для порядка всё-таки допросили колбасного короля, припугнув его тем, что расскажем о Диночке несравненной Эмме Розовне.

Увы, даже такой козырь не помог. Неверный супруг излил нам все свои прегрешения, только вот кража брюликов жены не входила в их число.

И на Мамонта с подручными он тоже не собирался давать показаний. Видимо, боялся его гораздо больше, чем нас.

На сей раз нам пришлось возвращаться в контору несолоно нахлебавшись. Из позитива разве что обещание барыги сообщить нам, если похитители к нему заявятся. Вот только есть ли цена его словам?

На часах пробил восьмой час вечера, я предательски зевнул. Как это обычно бывает, мой зевок вызвал цепную реакцию у других парней.

И надо же было такому произойти, что именно в этот момент в кабинет заглянул Художников.

— Форточку откройте, впустите свежий воздух, а то челюсти себе сломаете, — усмехнулся он.

Ближе всех к окнам находился я, поэтому мне пришлось выполнять распоряжение начальника.

По комнате загулял сквозняк. Поток холодного воздуха помог справиться с усталостью и оцепенением.

— Товарищ Быстров, вы тут намедни выдали версию, что в ограблении Общества взаимного кредита замешан техник-строитель банка Федорчук… — внезапно произнёс начальник угро.

— А что, появились новости? — обрадованно воскликнул я.

— Появились, — подтвердил он. — Покойная Лариса Федорчук действительно оказалась его родственницей — двоюродная сестра. И серёжки на самом деле соответствуют одному из описаний. Так что ты, по всем признакам, на правильном пути.

Люблю, когда версия находит подтверждение, во мне сразу просыпается охотничий азарт и желание бежать дальше по горячему следу. Правда, след не такой уж горячий — всё-таки много воды утекло с тех пор. Но тут главное уцепиться за кончик ниточки, а там, глядишь, размотается и весь клубочек.

— Есть только одна закавыка, — тут же огорчил меня Художников. — Никто не знает, где находится сам Федорчук. Есть информация, что он сбежал вместе с красновцами, с другой стороны, ходят слухи, что его не так давно видели в Таганроге. В общем, тут надо копать и копать…

— Разрешите сгонять в Таганрог, — схватился я за первую возможность.

Художников покачал головой.

— Не гоните лошадей. У нас тут работы — поле непаханое, а в Таганроге есть кому пошукать Федорчука… Ну, при условии, что он всам деле там был. Что у вас по делу о краже у гражданки Филькенштейн?

— Пока негусто. Зарядили… то есть договорились с одним барыгой, что если к нему принесут пропавшие драгоценности, он первым делом сообщит нам. Заодно проверили версию, что к краже мог быть причастен муж гражданки.

— И как?

— Глухо, — сообщил Пётр. — Мы его крутили и так и этак, но потом поняли, что он тут не при делах. Короче, от версии пришлось отказаться.

— Палку не перегнули? — вопросительно поднял правую бровь Художников.

— Всё в рамках уголовно-процессуального кодекса! — клятвенно заверил напарник.

— Поверю на слово.

Тут Художников спохватился:

— А что это вы всё на работе кукуете? А ну, марш по домам, и чтоб вашего духу до самого утра не было!

Мы невольно заулыбались. Денёк сегодня и впрямь выдался горячий, нужно было немного отдохнуть, чтобы завтра с новыми силами навалиться на многочисленные дела. В общем, шутливый приказ Художникова был как нельзя кстати.

И только я намылился вместе с Петром отправиться домой, как в кабинете появился дежурный, за спиной которого выглядывала женщина с круглым лицом и пухлыми щечками, розовыми от холода.

— Товарищи, — обратился он к нам.

— Чего? — вздохнул Пётр, который как и я нутром почувствовал, что домой мы если сегодня и попадём, то глухой ночью.

— Тут вот гражданочка, — начал дежурный, но женщина его перебила:

— Хмарук Оксана Викторовна…

— Чем можем помочь, Оксана Викторовна? — спросил я.

Дежурный, поняв, что становится лишним, благополучно ретировался.

— У меня пропала семья, — отстранённым голосом произнесла женщина.

Держалась она на удивление спокойно, без нервов и истерики.

— Присаживайтесь, — показал я в сторону одного из стульев. — Расскажете в деталях, что стряслось. И да, можете снять пальто, у нас тут тепло.

Я помог Оксане Викторовне скинуть с себя верхнюю одежду, повесил видавшее виды пальтишко на крючок и сел напротив.

— Слушаю вас.

— Я проживаю в Вологде, работаю учительницей русского языка в школе трудовой молодёжи.

— Ну, а у нас в Ростове как оказались? — не выдержал Пётр.

Тут выяснилось, что характер у Оксаны Викторовны всё-таки не железный. На глазах её выступили слёзы, однако она вытерла их рукавом кофты.