Сидевшая напротив девушка имела довольно миловидную, явно не под стать этим суровым местам внешность. Карие глаза, пухлые губы, тёмные волосы, собранные в косу и слегка смуглую кожу. Роста она была невысокого и на этом пожалуй всё — остальные подробности её фигуры напрочь скрывали халат и военная форма.
Что же касалось моих реплик и поведения… то ли настроение было не к месту и не ко времени озорное, то ли сказывалась полная изоляция от женского пола… В общем, черт его знает, да и разбираться в этом мне было сейчас тоже как минимум лень.
— Повезло. Прошла навылет. Кость не задета. — приложив ладонь к моей ключице констатировала одарённая.
То, что она была именно лекарем, я понял только сейчас. Ощущение разливающегося тепла по плечу и груди только подтвердили эту теорию.
— Ай!
— Не ври. — уже не реагируя отмахнулась врач. — Сейчас зарастёт, даже шрама не останется. — сосредоточенно добавила она себе под нос.
— Не-не-не! Какой без шрама! — моментально воспротивился я. — Мне такое не надо. Первое ранение всё-таки!
На этот раз лекарь не сдержалась и буквально на несколько секунд закатила глаза, сопровождая это всё тяжёлым вздохом.
— Ты можешь молча посидеть? Оставлю я тебе твой шрам.
— Не могу. — честно признался я и добавил, указывая кивком головы на перстень на её руке. — Это герб Черкасовых?
Девушка моментально поменялась в лице, и не скрывая удивления во взгляде приподняла бровь.
— Откуда знаешь?
— Тоже мне секретная информация. — демонстрируя полную невозмутимость и моментально посерьёзнев лицом, бросил я.
К слову, это было правдой. Мы и в школе изучали гербы знатных родов на уроках истории, да и в свободное время я иногда заставлял себя изучать геральдику хотя бы в качестве развития кругозора. Давалось мне это, откровенно говоря, плохо, но что-что, а герб Черкасовых, особенно после отпечатавшейся в моей памяти Зарницы, я точно запомнил.
— Тоже верно. — нехотя согласилась врач, по всей видимости заканчивающая с моей раной. По крайней мере боли я больше не чувствовал.
— Лиза не говорила, что у неё есть младшая сестра. — произнёс я поднявшись на ноги и окончательно снимая с себя сначала окровавленный китель, а затем и тельник.
Обе вещи теперь были ни на что не годны — Кали уже достала мне всё новое и чистое.
— Что? А ты её откуда знаешь?! — моментально соскочив с места произнесла аристократка. — Стой!
— Благодарю, княжна! — бросил я на ходу и прямо с голым торсом направился в сторону выхода из палатки, следом же добавив. — Там битва уже идёт. Мне пора.
В этот момент землю под ногами вновь хорошенько тряхануло и несколько девушек запищали от страха. А когда всё закончилось, меня в палатке уже и не было.
— Он забыл военный билет. Дай его сюда. — внезапно опомнилась Черкасова.
— Сейчас… — кивнула пришедшая в себя от страха медсестра.
Немного покопавшись в бумагах разложенных на столе и нахмурившись, она подняла глаза на аристократку и с удивлением произнесла:
— Совсем недавно ведь тут лежал… Уже нету…
— А фамилию, фамилию помнишь? — попыталась зацепиться лекарь.
— Чер… Чеп… Чено… — старательно перебирая слова и буквы попыталась вспомнить девушка, но в итоге сдалась. — Так перепугалась, что все из головы выскочило…
— Ну как так-то!? Ты же его только что записывала…! Журнал проверь!
— Точно! — простодушно обрадовалась медсестра, но уже спустя пару секунд вновь нахмурилась. — Страница вырвана…
Спешно возвращаясь к своим ребятам, которых на широкой линии фронта мне помог найти Аластор, я буквально сразу стал участником набиравшего свои обороты сражения. Пока между артиллеристами шли традиционные дуэли, вражеская пехота и техника уже успели выйти на рубежи стрелкового боя и под прикрытием своих одарённых, не считаясь с потерями сокращали с нами дистанцию.
— О, ты вовремя! — обрадованно крикнул Иван, увидев меня первым.
— Не поверите — бежал со всех ног! — улыбнулся я, занимая позицию в паре метров от бугая.
— Рад, что ты к нам вернулся! — бросил Самсон махнув рукой, в то время как Горелый на противоположном конце траншеи лишь молча мне кивнул.
Разговаривать, точнее перекрикиваться, выходило с трудом. Шум очередей, бесконечных разрывов бомб буквально везде и всюду, тарахтение моторов нашей бронетехники и, наконец, работа стихийных магов, перемешивались в какую-то дикую, совершенно непривычную и непередаваемую какофонию звуков.