Ребята Маррея дружно кивнули, и их шеф продолжил:

— Тебе нужны все новые и редкие звери, каких у тебя еще не было. Сетчатые жирафы, антилопы редких видов, тебе нужны... Знаешь, Джо, этих животных не ловит ни одна охотничья фирма в Кении. Никто из твоих прежних партнеров. Ну, значит, договорились. Мы поймаем их для тебя.

Красавица в шортах подошла к балюстраде террасы, откуда открывался прекрасный вид на Найроби, а оттуда, где мы сидели, вид на ее длинные, стройные ноги. Но молодые люди не удостоили их даже взгляда. Да, дело действительно было серьезно.

— Но...

— Никаких но! — вскричал Маррей, правда, прозвучало это скорее как просьба.

— Подадим документы на оформление, и не пройдет и трех месяцев, как новая фирма начнет свое существование.

— Но это еще не значит, что звери будут пойманы, — задумчиво проговорил я; в эту минуту перед моими глазами возник раскаленный от жары, полный опасностей буш [1] : джип мчится на полной скорости, мелькает в воздухе лассо, опять мимо... Я слышу ужасный рев разъяренного зверя и вдруг отчетливо ощущаю ту неправдоподобную тишину, которая всегда наступает в миг, когда опасность уже миновала.

Сейчас тоже было тихо. Маррей и его мальчики, уверенные в отказе, не сводили с меня грустных глаз.

— Ловля зверей — это вам не сафари по туристической путевке, продолжил я. — Это огромный труд.

Надо уметь охотиться и с джипа, и с самолета, и с помощью радио, надо уметь обращаться с лассо, делать инъекции, строить охотничий лагерь, ухаживать за животными, кормить их, выдерживать карантин, переправлять зверей из дикого буша на станции железной дороги, в морские порты, на аэродромы, и при этом всегда что-то пробивать, постоянно кого-то уговаривать, ругаться и со страхом думать, что ждет тебя в следующую минуту, на следующий день.

Но странное дело. Чем больше я расписывал трудности, которые нас ожидали, тем большим блеском загорались их глаза. Я решил подлить масла в огонь. Я говорил, бог знает сколько времени. Они, затаив дыхание, слушали меня.

— Это вам не прогулка! — вконец разозлился я, мне казалось, что я говорю все впустую. — Это и голод, и ночи, проведенные без сна.

— Это как раз то, что надо, Джо, — прошептал Маррей.

Ребята кивнули, соглашаясь с ним.

— Это еще и сломанные ребра! — продолжал я.

— Это самое настоящее дело для мужчины, — с восторгом произнес Маррей.

Ребята снова кивнули.

— Это и минуты, когда твоя жизнь висит на волоске, а ты один-одинешенек, никто не придет тебе на помощь, и надо рассчитывать только на свои собственные силы.

Маррей поднялся. Его помощники, разумеется, тоже встали.

— Ты хорошо сказал, Джо. Ты сказал то, что хотели сказать и мы — это, пожалуй, самое главное. В таком деле необходимо, чтобы рядом был кто-то, на кого ты можешь положиться.

Да, Маррей был прав. Именно поэтому в прошлом году я взял с собой в Африку обоих своих сыновей. Чтобы в трудную минуту, когда грозит опасность, неизбежная в моей работе, не быть одному.

Я всегда держал себя с ними на равных и доверял им.

— Мы не оставим тебя в беде, — сказал Маррей.

— Мы не бросим вас, мистер профессор, — проговорили зоологи.

Это звучало так трогательно, но я не смел поддаться чувствам.

— Вы никогда не участвовали в отлове, — возразил я. — Никогда!

— Мы научимся.

— Кто это вас научит?

— Ты, — простодушно ответил Маррей. — Когда-то и ты не умел этого делать, а теперь умеешь.

Возразить было нечего. А Маррей ковал железо, пока горячо.

— Ты только не думай, Джо, что мы наивные мечтатели. Мы все уже как следует обдумали.

Он вынул из кармана лист бумаги, испещренный цифрами, и приступил к делу:

— Мы предлагаем тебе выгодные условия... Насколько тебе известно, цены на лицензии снова поднялись. А мы предлагаем тебе прошлогодние цены. Ну, а за то, что ты нас будешь еще и обучать, мы даем тебе пять процентов скидки за каждое животное. Кроме того...