Есть расы, что питаются чужими мозгами, а другие вообще не прочь перекусить кем угодно, перед этим вступая в половую связь. Кто-то сам по себе агрессивный и часто нападает на соседей, а другие наоборот настолько пацифисты, что не готовы отстаивать своё священное право на свободу!
И всё это под эгидой риторики о свободе и равенстве, которую проталкивала Республика, в которой мы жили. А приправлено всё это было продажным Сенатом и мегакорпорациями, которые почти захватили власть в галактике. Не знай я, что всё это было сделано специально, то наверное никогда бы в жизни не поверил, что всё это реально!
Меня разрывало от противоречий. С одной стороны, я больше не хотел участвовать в конфликтах и данное самому себе слово выручало в мелких потасовках, а с другой…
От одного слова «рабство» я мог впасть в бешенство. Вбитые в голову догмы о свободах и равенстве набатом стучали в ушах и лишь отсутствие врагов в прямой зоне видимости позволяли сохранять контроль.
Самое же ужасное, что многие знакомые, соседи и просто жители Минориса, все они считали, что это нормально. Мол,
«Не так уж и страшно, да и нет в этом ничего такого. Все разумные разные… К тому же, наша хата с краю».
Ну что за бред?
А если к нам вдруг прилетят пираты или ещё какие уроды, что тогда? Просто сдадимся им на милость? А если какая-нибудь шайка начнёт грабить тот старый разваливающийся рудовоз, что прибывает к нам от Торговой Федерации?
Хозяева этого галактического гиганта просто положат на нас большой и свободный! Ибо сомневаюсь, что подобные поездки приносят большой профит.
Фух, чуть было не сорвался, но работа на благо собственных заработков и мечта, которой я ныне жил, помогли унять злость и продолжить спокойно работать, пока работяги разбирали свой сок.
Но, видимо, своими словами я как-то прогневил судьбу. Ведь стоило мне выдать последний стакан, как в небе над нашими головами сверкнула вспышка, а потом по космопорту пронёсся взрыв, воскрешая во мне «малевелонские» флешбэки. Для полноты картины не хватало только пронзительного гула сирены Автоматонов, а то стрельба и знакомый звук лазеров прилагался, а самого главного всё нет и нет.
Тряхнув головой, пытаюсь собрать свои честно нажитые вещички, но испуганная толпа снесла мой столик, заодно сталкивая меня самого на обочину.
Откуда-то из-за угла послышались гортанные звуки на жуткой и корявой речи, но подняться я уже не смог. Прижимаемый людьми, из-за недостатка кислорода, мой детский организм отключился, бросая меня в темноту небытия.
***
Ну, что я могу сказать. Праведное пламя демократии пылает в моей груди, ибо ныне я находился на борту мерзкого кораблика — Булыга, угнанного в рабство работорговцами. Какие-то инопланетные уродцы самых разных цветов и видов налетели на Минорис, как ураган, оставляя после себя лишь огонь и смерть.
Эти нелюди пировали на костях пару дней, а потом просто загнали всех, кто не успел разбежаться, на корабль и отлетели в неизвестном направлении.
Я не знал, ни что стало с бабушкой, ни с моими приятелями, да даже мелкими недругами. Большая часть разумных в моей камере были из другой части города и я просто не успел их получше узнать, а Сэму это и в принципе было не интересно.
Стянув с рук простейшую верёвку, которыми туповатые пираты связывали своих пленников, я встал на ноги, подходя ближе к решёткам. Простая проржавевшая сталь, о которой никто не заботился уже добрый десяток лет. Куча сколов, вмятин и рыжих пятен на петлях, которые меня и заинтересовали больше всего.
Ощупав их руками, убедившись, что ржавчина легко остаётся на пальцах, оборачиваюсь обратно в сторону камеры, примеряясь, чем бы таким воспользоваться, чтобы снять решётку с петель. Старый фильм из первой, самой прекрасной жизни, почти стёрся из памяти, но я отлично помню, как главный создатель мокрых трусишек того времени проделывал подобное, вызволяя пирата с прозвищем какой-то птицы.
«Вот не помню имени собственного отца, а подобную чушь запомнил. Чудная штука мозг».
Внутри же всё было плохо. Камера была маленькой, вонючей и, явно, не убиралась очень давно. Следы крови, дерьма и каких-то других отходов и выделений.
«Святая свобода… Какой же ужас».
Но самое ужасное, тут не было скамеек, которой бы можно было подпереть решётку, а значит, придётся импровизировать.
«Адский десантник обязан выжить и исполнить задание, даже будь он один посреди вражеской планеты-столицы, верно, сержант Бойл?».
Верёвка была перекинута через одну из дыр решёток, после чего я привязал упавшие концы поближе к петлям. Проверив крепость узла, практически сажусь на пол и начинаю тянуть. Мой собственный вес и упор ногами в решётку мало что дал. Сил банально не хватало…