А вот нифига. Тогда он должен был уволочь её сперва, потом убивать. То есть, получается, мог её душить хоть до посинения. Она бы задыхалась, мучалась, но фиг бы померла. Так? А хрен его знает. Я же, как то дитё с конфетками.

Итак, вывод. Первое: дед меня развёл. Вопрос. Нахрена? С чего он решил, что я вообще стану заступаться за блохастую. Я что особой сердобольностью страдаю?

Второе: действительно собирался грохнуть волчицу. И снова тот же вопрос. Нахрена? Вот зачем её убивать? Ну, предала она Грохара, так не меня же. Дать пинка, и пусть в кустах страдает от всеобщего презрения.

И какой отсюда вывод? Первый вариант? Развели Егорушку? Можно я не буду повторять свой вопрос? Ибо он уже риторическим стал.

Однако, есть ещё третий вариантик: развели не меня. Спросите кого? Да ответ очевиден. Альфу. И вот тут-то, как раз всё складывается в ёлочку. Кто избавил от злого хозяина? Кто спас от смерти лютой? Хороший, новый хозяин. Кого нельзя предавать, если не хочешь снова оказаться в цепких лапках жестокого бога? То-то и оно.

Какой хитрый и коварный план. Даже злиться на деда не буду. Ибо прекрасно понимаю, что Альфа это ещё тот подгон. Это как танк на усиление выделить. Ну и с управлением сей бронетехникой не должно возникнуть проблем. У нас же почётный, гвардии механик-водитель имеется. Уж Пух быстро расскажет, зачем в хлебе дырочки и почему масло, надо прямо на копчёную колбасу мазать.

Есть ещё, конечно, трудности. У богов этих, жизненный опыт, куда побольше, чем у пап и мам ваших в детстве. Возможно, что и миллионы лет. И тут я, такой красивый нарисовался. И, казалось бы, куда бодаться и что-то доказывать, а уж тем более требовать и вымучивать.

Верно? Нифига. Там где они жизнь свою длинную жили, я под началом старшего прапорщика Иванова служил. У меня жаба в звании полковника, а хомяк так вообще до генерала дослужился. Так что пободаемся.

– Ладно, раз уж мы разобрались с четвероногими, не пора ли добить двуногого, а то чего мучается, – достаю Василька и, взмахнув им над головой, вопрошаю: – Надеюсь, этим-то можно завалить упыря?

– Стой! – Эдем вытягивает руку перед собой. – Предлагаю выкупить Олевара.

– Ага, счаз, – сплёвываю. – А он потом очухается и пойдёт подлянки строить.

– Не пойдёт, даю слово, – Эдем прижимает ладонь к груди.

– Ну, допустим, а если на Леофасте злость сорвать решит?

– Тогда я ему руки отрублю, – Локи протирает рукавом лезвие своей новенькой секиры. – У меня и раньше меч был неплохой, а уж теперь после перековки, не стыдно выйти на защиту Эдема. Не этого, – тычет пальцем в дядюшку, – а всего этого мира. Им и Ллос не стыдно стукнуть. Так что я предупредил.

– А вон сеструху Леофасты? А? Она то не в вашем пантеоне. Её ты будешь защищать?

– Да какой тебе дело до Теофасты? – возмущается Эдем.

– Своих не бросаем! – выпячиваю подбородок.

– И когда это она тебе своей стала? – усмехается Всеслав.

– Как только так сразу, – даю исчерпывающий ответ.

– Вообще-то я уже переметнулась в пантеон Локи, – подаёт голос грудастая брюнетка. Блин. Капец. Опять эта мысль… У кого больше?

– Да кто бы тебе позволил? – выкрикивает Эдем.

– Принята! – с довольной физиономией Локи потирает руки.

Ну, ещё бы. Думается мне, что брюнетке молятся не реже чем сестре. Всё-таки плодородие дело такое. Не будет урожая, жрать будет нечего.

– Ева, не фиксировать!

– Зафиксировано, – равнодушно сообщает блондинистый аватар системы. – Пантеон пустой, любые переходы, до приближения к балансу, фиксируются автоматически.

– О! Тогда я тоже перехожу! – вскинув руку, вскакивает блондинистый парень со второго ряда.

Ну как парень. Может ему миллион лет? Но выглядит-то он на двадцать. Двадцать два от силы.

– А ты кто? – интересуется Локи.

– Каривал – бог ветра и дождя.

– Принят.

– Зафиксировано.

– А ну сели все! – выкрикивает Эдем, да так грозно, что окружающих прям вдавило в пол.

Не всех, понятное дело. Мне ментальные атаки по барабану. Деду, судя по всему, тоже. Локи покачнулся, но устоял. Каривал грохнулся со ступенек на пол, да и прочих, богов, зацепило. Мальвина повисла на Молоте, которому, как и мне, всё до фонаря. Карина рухнула пластом на пол. Леофасту и Теофасту тоже бумкнуло, шлёпнулись на аппетитные попки. А вот бабули… Бабули достали мечи!

– Не ори! – грозно махнув двуручником, посоветовала Маришка.

– А то по башке получишь! – не менее сурово пообещала Анютка.

– Да что вы себе… – Эдем видимо собирался сказать пару ласковых моим бабулям, но резко заткнулся. Ибо, ему весьма доходчиво, прямо в нос упёрся кулак деда.

– На свою жену ори.

– Пусть попробует, – прищурившись, посоветовала Ева.

– Ладно, проехали, – обречённо отмахивается Эдем. – Девушки, все ограничения на наряды сняты.

– А волосы? – вопрошает симпатичная девица с первого ряда.