Шрифт:
Однако девочка лишь молча покачала головой.
– Пошли. Нам нужно возвращаться в лагерь. Все уже проснулись. Женщины заняты стряпней, им наверняка понадобится твоя помощь. Готовится большой праздник. Послезавтра невесте предстоит ночь хны! [2] Уверен, ты выучишь какие-нибудь новые песни! – подмигнув, сказал Тарик.
Во время свадьбы даже самым благочестивым позволялись непристойности.
– Да, кстати, а зачем Хаджи аль-Асиму нужна новая жена? – спросила Сафия, не спеша разбирая загон для коз.
2
Ночь хны – во многих странах мусульманского мира принято в последнюю ночь перед свадьбой украшать тело невесты узорами, нанесенными хной.
– Его первая жена умерла два года назад, – объяснил Тарик. – А вторая его больше не устраивает.
– А что насчет третьей? Эта новая – она такая молодая!
– Значит, Хаджи очень повезло. Мне сказали, что сама невеста также рада предстоящему союзу, так что незачем ее оплакивать.
– Хаджи – старый козел, – едва слышно прошептала Сафия, понимая, что Тарик все равно ее услышит.
Она знала, что брат единственный, кому можно говорить подобные вещи, не опасаясь, что он ее заложит.
– Это точно, – согласился мальчишка. – Но ты признайся, Сафия, скажи честно. Ты полагаешь, что мои мечты слишком велики? Джинн, злой дух, заманит меня в западню?
– Нет, – тихо промолвила сестра. – На мой взгляд, твои мечты размером как раз под тебя. Это я хочу чересчур много.
– По-моему, я знаю, что тебя развеселит. Пойдешь со мной?
– Сейчас Сулейман присматривает за лошадями?
– Да. Думаю, он ждет, когда мы его навестим. Но ты сможешь ездить верхом в своем новом наряде?
– Какой толк в наряде, если в нем нельзя ездить верхом? – оживилась Сафия.
Отломав от чахлого куста ветку, Тарик стал помогать сестре гнать коз обратно в лагерь.
Сафия шла за ним, смотрела на него и думала, какой же он высокий, уверенный в себе и красивый. Она ловила себя на том, что желает слишком много. Ей хотелось не только стать первой женой в большом шатре. Девочка также хотела, чтобы ее муж был самым красивым, самым сильным, лучшим из всех.
Но получить сразу и то и другое нельзя. Это просто невозможно.
24 января 2007 года, 07.28
(3 дня 3 часа 2 минуты до окончания аукциона)
Таллил, Ирак
Большой зиккурат поднимался над землей огромным золотисто-красным замком из песка. Джейме не могла оторвать от него взгляд, пока военно-транспортный Си-23 снижался с высоты семь с половиной тысяч футов, на большой скорости уклоняясь от башен и линий электропередач, приближаясь к авиабазе Таллила. Почти четыре года назад в первые дни операции «Иракская свобода» Джейме находилась именно на этой базе. Она отправилась в двухдневную командировку, чтобы помочь одному капеллану в аэропорту Багдада, но по дороге туда была похищена. Только сейчас ей выпала возможность вернуться в Таллил, к развалинам древнего Ура.
Именно здесь началось то неожиданное приключение, которое перевернуло всю ее жизнь.
Здесь она познакомилась с Яни, самым заносчивым, таинственным, опытным, красивым Мечом, осуществлявшим связь с земным миром. Этот человек, как никто другой, умел доводить Джейме до белого каления.
Тогда Ричардс еще не могла этого знать, однако в Эдеме о Яни, Мече-23, ходили легенды. В нем было шесть футов роста, густые темно-каштановые волосы слегка вились, когда становились мокрыми, карие глаза могли заворожить кого угодно. Еще он обладал естественной харизмой, которая чувствовалась в любой обстановке. Яни брал на себя невероятно опасные задания, ставки в которых были необычайно высоки. Результаты его работы в корне меняли жизнь тех, кому он помогал.
В предыдущей операции они с Джейме были напарниками. Яни стал первым мужчиной, которого она полюбила после гибели своего мужа Пола. Джейме не сомневалась в том, что в Яни влюблялись многие.
Но и он тоже полюбил ее.
Все началось здесь, когда Яни похитил ее среди развалин Ура.
Завершив выполнение предыдущего задания, Джейме отказалась от статуса Оперативника и разорвала отношения с Яни. Она рассталась с ним не из-за лжи – Яни выводил ее из себя своей прямотой, – а из-за запутанной правды. Сказалось и то обстоятельство, что истина у него всегда выглядела невероятно сложной.
Тогда, год назад, Джейме считала, что между ними возникло фундаментальное противоречие, делающее невозможным любые отношения: для Яни на первом месте стоял успех операции, в то время как она сама сначала думала о людях. Но таким он был. Джейме не могла с этим смириться.
С тех самых пор она ежедневно мучилась вопросом, может ли жить без Яни.
Этот вопрос не имел однозначного решения. У Джейме не было возможности связаться с Яни, и определенно им больше никогда не придется работать вместе. Джейме по своей воле покинула вселенную для избранных, в которой обитал Яни, и понимала, что обратно ее уже больше никогда не пригласят.