— Ни одно слово об этом не будет напечатано, — заявил Генеральный прокурор тоном, не терпящим возражений, — если публика узнает, что правительство позволило одному человеку так близко подойти к уничтожению центра Вашингтона и высших правительственных чиновников, то даже Президенту могут вынести вотум недоверия. Не говоря уже о том, что в случае взрыва американское правительство было бы полностью парализовано, а Советы могли бы воспользоваться этим удобным случаем для нанесения ядерного удара.

— Что вы собираетесь сделать с Ковеном, сэр? — спросил Майк.

— Я обещал ему жизнь. Придется сдержать слово, однако заключения двух докторов достаточно для того, чтобы упрятать в психиатрическую больницу человека, которого подозревают в помешательстве. В конце концов, нормальный человек не пойдет на то, что задумал Ковен. Поэтому вы и доктор Маккарти без колебания можете подписать это заключение.

— И что потом?

— Завтра я проведу закрытое заседание в Верховном суде, а во второй половине дня Роджер Ковен будет уже на пути в аэропорт Ралей-Дерхам в правительственном самолете.

— А почему туда? — спросила Жанет.

— Об этом мало кто знает, и мы это не афишируем, но правительство только что закончило строительство тюрьмы и больницы строжайшего режима для самых опасных преступников на одном из Каролинских островов. Она полностью изолирована, и когда ее двери закроются за Роджером Ковеном, его больше никогда никто не увидит.

— Если, конечно, оба доктора напишут такое заключение, — сказал Маккарти, — но какой же будет диагноз?

— Параноидная мания величия. Кто-нибудь из вас не согласен?

— Думаю, что я соглашусь, — сказал Маккарти, — только отъявленный маньяк с манией величия мог попытаться взорвать столицу Соединенных Штатов.

— Решено, — согласился Майк.

Лучи солнца уже осветили купол Капитолия, деревья и высокая стелла монумента Вашингтону отбросили длинные тени, заискрился бассейн с восточной стороны Мемориала Линкольна, когда Жанет, Майк и Рандал Маккарти вышли из департамента юстиции и направились к машине Майка, запаркованной неподалеку. Жанет глубоко вдохнула свежий осенний воздух, еще не задымленный тысячами машин, которые скоро заполнят полупустые сейчас улицы.

— Чтобы это больше не повторилось даже в кошмарном сне. — Маккарти, сойдя с тротуара, остановил одно из немногих в этот ранний час такси. — Я еду домой, приму пару таблеток нембутала и буду отсыпаться целый день. А вы?

— Ресторан «Самбо» в конце улицы работает круглосуточно, — сказал Майк, — я хочу угостить голодную невесту бифштексом с яичницей перед тем, как отправиться в яхтклуб.

— Мне нравится идея с бифштексом и яичницей, — улыбнулась Жанет, — но при чем тут яхтклуб?

— Мы покупаем себе плавучий дом, — ответил Майк, — разве я тебе не говорил, а, это была Лин.

Жанет вздрогнула:

— Не произноси этого имени при мне никогда. Но знаешь, по-моему, она любила тебя, как это может делать неземное существо.

Майк не ответил. С его точки зрения как будущего мужа, все старые привязанности, даже если это был и демон, следовало забыть.