– Ох-ох, – прокомментировал Сэм на антресолях. – Только не это!

– Вперед! – прошипел Джерико, практически выпихивая его вперед себя на винтовую лестницу.

– Я думал, лекция будет длиться час, – запротестовал твидовый джентльмен. – Мы заплатили за час!

– Потише, дядя, – сказал ему Сэм. – Мы же не хотим, чтобы ваши третьи глазки плакали. А вот что вы, ребята, скажете про эксклюзивную возможность увидать личный дневник Либерти Энн Ратбоун, прославленной сестры-пророчицы самого великого Корнелия Ратбоуна, а? Соблаговолите проследовать за мной в экспозицию. Сюда, леди и джентльмены.

Пока Сэм увлекал экскурсантов прочь, Джерико просочился в Уиллов кабинет. Босс стоял у высокого окна, вперив неподвижный взор в заиндевелую улицу. Джерико кашлянул.

– Уилл, они заплатили авансом.

– Я в курсе, – тот ущипнул себя за переносицу. – Устройте для них бесплатную экскурсию или еще чего.

– Сэм как раз этим и занимается.

– Я вам обоим очень обязан, – Уилл повернулся к нему. – Ты подготовил статьи, которые я просил?

Джерико постучал пальцем по папке у него на столе.

– Все материалы о сверхъестественных происшествиях за прошлую неделю, плюс сегодняшние газеты. – Он как следует набрал воздуху. – И вот это пришло на ваше имя.

Он подал Уиллу конверт официального вида. Тот глянул на обратный адрес: Налоговое Управление Нью-Йорка, c крупным красным штемпелем «ПОСЛЕДНЕЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ» – и отложил его.

– Спасибо, Джерико. Ну-с, посмотрим, что у нас тут сегодня…

Уилл уселся за стол, тщательно протер очки, снова зацепил их за уши и решительно нырнул в кипу газетных вырезок. Из нее он вытащил четыре, сразу же притянувшие взгляд, потом бегло просмотрел сегодняшние заголовки, пролистал страницы – и наткнулся на мордочку Эви, улыбающуюся из-под полей модной шляпки.

– Милая картинка, – сказал Джерико из-за спины Уилла.

Тот поднял на него неодобрительный взгляд.

– Тебе никто не говорил, что невоспитанно читать через плечо?

– А вам никто не говорил, что невоспитанно быть таким невоспитанным? – Физиономия Джерико осталась абсолютно бесстрастной.

– Прости, – опомнился Уилл. – Мне очень жаль, Джерико.

– Все в порядке. – Молодой человек показал на отложенные Уиллом вырезки: – Почему эти?

– Они все за городом и в пределах сотни миль друг от друга.

– Братство не так уж далеко оттуда, – заметил Джерико.

– М-м-м.

– В ту ночь, когда вы… когда меня подстрелили и вам пришлось дать мне слишком много сыворотки сразу… мое поведение… я хочу сказать…

Боже, да что с ним такое? Двух слов связать не может.

– В ту ночь я напугал Эви?

– Прости?

– Эви. Она испугалась, увидев меня вот так, со всеми этими трубками и механизмами внутри… узнав, что я такое?

– Это не единственное необычное происшествие, c которым ей пришлось столкнуться за последние месяцы. И в целом ей хоть бы хны.

Джерико кивнул и медленно выпустил воздух. Возможно, надежда еще есть…

– Кому хоть бы хны? – осведомился Сэм, входя в кабинет.

– Никому, – отозвался, хмурясь, Джерико. – Куда ты девал Мистических Медиумов?

– Третьеглазников-то? Оставил баловаться с картами Таро.

– Ты… что?

– Расслабься, Фредди. Я им сказал, что читать карты могут только особые люди, обладающие особыми силами. Так они, натурально, думают, что это они и есть. Доверься мне: они там счастливы, как устрицы.

– Какая нелепая аналогия. Как будто кто-то измерял степень счастья моллюсков, – проворчал Уилл, роясь на захламленном столе в поисках сигарет.

Что его мучает? – одними губами спросил Сэм у Джерико. Джерико показал глазами на угрюмое письмо из налоговой, и Сэм коротко кивнул.

Пока в городе орудовал Пентаклевый Душегуб, Музей Американского Фольклора, Суеверий и Оккультизма внезапно обрел популярность, привлекая немаленькие толпы любопытствующих. Всякий желал поглядеть на профессора сверхъестественных наук, помогающего полиции загнать в угол жуткого, эзотерически озабоченного преступника. Но потом убийства прекратились, прихотливое внимание Манхэттена переключилось на другие интриги и скандалы, и теперь музей снова стоял тихий и забытый – всеми, кроме налоговиков.