Шрифт:
Этот акт республиканского правительства поставил фашистов и их «умиротворителей» в трудное положение. По логике вещей после стопроцентной эвакуации иностранных комбатантов с республиканской стороны то же самое должен был сделать и Франко. Но куда там! Накануне битвы за Каталонию Франко требовал от своих германо-итальянских хозяев все новых и новых подкреплений. И отказа ему не было. Фашистские державы никак не реагировали на решение республиканского правительства в отношении интернациональных бригад.
Сложнее было положение «демократических» держав, особенно Англии. Как я уже упоминал, ратификация англо-итальянского договора о дружбе и сотрудничестве от 16 апреля 1938 года ставилась в прямую зависимость от вывода из Испании итальянских «добровольцев», Но Муссолини об этом и думать не хотел. Что же было делать?.. Тогда мудрецы из английского министерства иностранных дел придумали выход: 9 октября 1938 года Франко объявил, что он тоже добровольно, односторонним решением, эвакуирует 10 тысяч иностранных комбатантов, сражавшихся на его стороне свыше 18 месяцев (фактически все это были больные и раненые). За вычетом их у Франко оставалось еще около 150 тысяч германо-итальянских войск!
Это был явно жульнический трюк, но Чемберлен предпочел закрыть глаза на столь явное надувательство. Он сделал вид, будто бы Муссолини выполнил свое обязательство по эвакуации итальянских «добровольцев» из Испании, и 16 ноября 1938 года ратифицировал англо-итальянский договор. А два месяца спустя, в самый разгар битвы за Каталонию, британский премьер вместе с лордом Галифаксом нанесли Муссолини «дружеский визит»! Это было равносильно предоставлению фашистскому диктатору полной индульгенции за все его деяния в Испании.
Больше того, когда Чемберлен возвратился в Англию и ему предстояло выступить с отчетом о своем визите в Рим перед палатой общин, он послал текст своей речи на предварительный просмотр Муссолини. Факт небывалый в политических анналах Англии. Вот до каких пределов дошла близость между главарем итальянского фашизма и премьер-министром «демократической» Великобритании!..
Теперь лондонский план контроля был окончательно мертв. Окончательно мертв был и комитет по «невмешательству». Советское правительство сделало отсюда единственный правильный вывод, и 4 марта 1939 года ТАСС опубликовало следующее сообщение:
«В связи с тем, что лондонский Комитет по невмешательству уже давно перестал функционировать и потерял смысл своего существования, Совнарком СССР 1-го марта с.г. постановил отозвать своего представителя из состава Комитета по невмешательству» [116] .
А 20 апреля 1939 года и весь комитет в целом официально прекратил свое существование.
В заключение мне остается только привести очень выразительную оценку всей эпопеи «невмешательства», сделанную бывшим министром иностранных дел Испанской республики Альваресом дель Вайо в его книге «Битва за свободу»:
116
Журнал «Мировое хозяйство и мировая политика», 1939, № 3, стр. 172.
«То был блестящий образец искусства поднести на блюде жертву агрессии государствам-агрессорам, сохраняя изысканные манеры джентльмена и в то же время создавая впечатление, будто бы единственной целью при этом является сохранение мира» [117] .
К этому нечего прибавить.
117
J. Alvarez del Vayo. «Freedom's battle», London, 1940, стр. 252.