Наш автобус проехал по мосту через Бию со светящимися бакенами и вырвался на простор из узких улиц.

Над алтайской землёй медленно занималось сентябрьское утро. Переехали Катунь, миновали Смоленское. На востоке из пелены тумана медленно выползал солнечный диск. Подъезжали к Белокурихе, вдали угадывалась пирамидальная Церковка. На околице наш автобус остановился. С переднего сиденья поднялась Раиса Ивановна Берникова, встречавшая нас в Бийске, и всем объявила:

— Дорогие артековцы! Вас встречает Белокуриха! Выйдем на улицу!

Нас встретила делегация белокурихинцев. Любовь Семёновна Панарина с хлебом-солью, в сопровождении девушек в русских сарафанах, подошла в нашей группе и вручила его вожатой Тосе. Вечером за ужином, когда мы собрались вместе, Люба вспомнила:

— Подошла я к вам, а все приготовленные слова вылетели из головы, я до такой степени растрогалась, что вообще не могла говорить!

Но в действительности она сказала очень трогательные слова:

— Дорогие вы мои… Я вас сорок лет ждала… Почему же так надолго задержались? Милости просим, родные!..

И кинулась нас обнимать всех подряд, приговаривая:

— И ты тоже меня помнишь? И я помню всех!

Возле гостиницы нас встретила с цветами делегация пионеров, — всё шло по сценарию Раисы Ивановны, но всё было естественно и до невозможности трогательно.

Возле столовой произошла ещё одна встреча. На скамейке сидела взволнованная женщина в очках, пристально всматривалась в каждого из нас и с отчаянием в голосе произнесла:

— Никого не могу вспомнить… Как же это?.. А меня кто из вас помнит?

Теперь уже мы сверлили её взглядами. Внимательно присмотревшись, не совсем уверенно я произнёс:

— Кажется, это Тася Бурыкина!

Она резко повернулась в мою сторону:

— Кто это сказал?

Я повторил своё предположение, всё более утверждаясь в правоте.

— А ты кто?

Я назвался. Тася не скрывала своего удивления и досады:

— Ну, уж кого-кого, а Алёшу я-то надеялась сразу узнать. Да, это, кажется, ты и есть!

Все дружно рассмеялись. Так вошла в наш сводный отряд Тася Бурыкина — Анастасия Михайловна Юрастова, бывшая вожатая алтайского Артека. Он стал первым звеном в её дальнейшей педагогической деятельности. Сейчас Тася — на пенсии, воспитывает внуков, живёт на БАМе.

После завтрака в новой курортной столовой, поражающей своими размерами и вкусной пищей, мы направились на митинг в честь нашего приезда. Двигались к нашим старым деревянным корпусам за мосточком. Вернее, сохранился лишь один — четвёртый корпус, в котором размещались пребывающие в алтайский Артек жители Сибири, Дальнего Востока, Урала.

На склонах ближних холмов, при нас покрытых травой и ягодниками, теперь рос сосновый лес, вдали поднимались белокаменные корпуса санаториев «Алтай», «Сибирь», «Катунь».

На небольшой площадке собралось множество людей — ученики двух средних школ, жители Белокурихи, отдыхающие курорта. Мы вышли из автобуса, построились в колонну, меня кто-то окликнул из толпы:

— Алёша! — ко мне с распростёртыми объятиями бросился полный мужчина. Лишь минуту спустя, я узнал Колю Елисеева — своего соседа по школьной парте.

— А Толя Леньшин пришёл? — быстро поинтересовался я.

— Да нет, не видать его.

Но несколькими минутами позже пришёл ещё один мой школьный товарищ и армейский однополчанин — Толя Леньшин. Его я узнал сразу, — всё такой же — крепкий, весёлый, открытый. Только после митинга удалось немного поговорить с друзьями.

Митинг открыл второй секретарь райкома КПСС А. М. Галахов:

— Сегодня наш Смоленский район, город Белокуриха встречает дорогих гостей — артековцев военных лет! Прибыли они сюда по велению собственной памяти и по приглашению. Сегодня будет открыта мемориальная плита, которая олицетворяет символ жизни, дружбы, стойкости и Победы!

Потом выступили мы, благодарили организаторов встречи, гостеприимных белокурихинцев, алтайскую землю, приютившую и обогревшую нас в суровые военные годы.

Председательствующий объявил:

— В честь открытия мемориальной плиты поднять флаг поручается председателю сводного пионерского отряда 1941-45 годов — Алексею Диброва!

С каким благоговением смотрел я на поднимающийся наш дорогой артековский флаг!

Минутой молчания присутствующие почтили память погибших на фронтах Великой Отечественной войны. Среди погибших — артековцы: вожатый Володя Дорохин, комсомольцы Гунарс Мурашко, Элмарс Велверис, Володя Катков…

Долго ещё после митинга не расходились люди с этой небольшой площадки с памятной мемориальной плитой, изумляясь теплоте встречи артековцев с помнящими их до сих пор белокурихинцами. Никто не стеснялся пролитых счастливых слёз и прерывающегося от волнения голоса.