Каюсь, в последнее время я стал прожжёным циником, и часто остатки совести упрекают меня в том, что я вижу в мире лишь то, чем сам полон внутри- пустоту, но всё равно мне кажется какой-то извращённой формой насилия над собой - сидеть и часами слушать бредни ограниченной дамочки, поддакивая ей, чтобы получить доступ в трусики. Невольно вспоминается Алиса, девочка из моего детства. Девушка, разодравшая мне сердце в клочья. Словно вырвала его груди, бросив на асфальт, и прошлась по нему каблучками, для надёжности. Сколько раз я клялся себе забыть её, жить дальше, и не выходит. Не получается! Проклятая ведьма! Так вот та была- высший уровень. И не в плане того, что лучше этих девиц, готовых хоть здесь отсосать каждому из нас. Нет, просто хитрее. Умело строила из себя невинность, манипулировала мной, влюбленным идиотом. Но всё равно сумела возвести себя на пьедестал, до которого ни одной из этих бабочек однодневок не долететь, как бы крылышками блестящими не трепыхали.

– Пока, Стелл.- доносится до моего замутнённого воспоминаниями сознания голосок " Викки".- Ну, что? Я тут тоже не особо хочу задерживаться, может, покатаемся? Или к тебе поедем?
– это она мне?

Привыкнуть, что женщины могут вот так, сходу, брать все в свои руки, у меня слабо получается. В этом плане я консервативен. Мне гораздо приятнее брать самому, видеть ответное желание в глазах, но не открытое предложение с ценником на лбу. С другой стороны, Алиса и была такой, как я мечтал, какой грезил. И?! Оказалась стервой, похлеще "Стеллы" и " Викки" вместе взятых. Эти хоть честные, никем не прикидываются, не строят из себя целок вавилонских, чтобы прикрыть своё бл*дство! Внутри начинает закипать злость, но осаживаю себя- хватит уже жить прошлым! Давно пора отпустить его, жить сегодняшним днём. Пора- да вот не получается, вцепилась, проросла под кожу, пустила корни проклятая Алиса!

Перевожу взгляд на девушку, понимая, что она не виновата в том, что я просто оказался не тем, кто будет рад рассмотреть её предложение. И что большинство мужчин, с удовольствием покупающих её услуги, просто не открыто, а подарками финансовой помощью, ничем не лучшее её самой, мягко улыбаюсь, чтобы не задеть. Пожимаю плечами:

– Извини, я бы рад, но заскочил ненадолго, Даву повидать. Дел много. Но ты тут не грусти, держи вот.- встаю из-за стола, вынимая из бумажника несколько пятитысячных купюр, бросаю их на столик, замечая пьяное недоумение и алчность одновременно в её взгляде. В компенсацию, чтобы не думала, что её женские чары пошли на спад. Пускай думает, что странный и занятой, чем что тот, кого она не заинтересовала.С этим у меня проблемы с детства. Излишне сентиментальный, чувствующий - таким быть у нас не принято. Отец особенно ругался, если видел, как я маленький общаюсь с девчонками, а не гоняю в футбол с пацанами. Вернее, с одной девчонкой. Которая снесла мне крышу, выпила душу, вырвала и растоптала сердце! Алиса. Снова её имя, снова её образ перед глазами. Скользнув глазами по девице на диване, на мгновение задумываюсь - может, действительно, принять предложение, трахнуть её, чтобы хоть ненадолго выбить эту стерву из мыслей. Ибо, если она пришла- это надолго. Ещё несколько дней как минимум мучиться, пока не отпустит. Но тут же понимаю, что нет смысла. Не поможет.

Тем временем девица, что-то нашарив в сумочке, спешно пишет мне помадой на салфетке свой номер телефона, пьяно улыбаясь.

– На вот, держи. Как с делами решишь, можем встретиться.
– протягивает мне салфетку. Улыбаюсь, кивая ей, беру эту салфетку ( вот тут брутальный мужик сказал бы что-то вроде " не в этой жизни, детка", а мне вот жаль её обидеть) и выхожу из вип-кабинки.

***

Сегодня словно все сговорились- вот и песня " наша" на радио, I am here without you baby* играет. Помню, как она, мило улыбаясь, объясняла мне, что песня грустная, что она не о любви, а о её потере. А я, дурак, включил её на колонке на нашем импровизированном свидании за рекой, уверенный, что там что-то о большой и светлой любви. Острая боль пронзает сердце при одном воспоминании об этом. Сколько счастья, сколько эмоций было. Ей шестнадцать, мне двадцать один. Я притащил одеяло, колонку, она- еду, принципиально отказавшись брать у меня денег на продукты. Мы пили газировку, ели куриные крылья и вкуснейший пирог с сыром, Алиса уже тогда была очень хозяйственной, настоящая маленькая женщина, смотрели на звёзды и болтали. Мы не то, что не поцеловались, а даже боялись думать об этом, каждый был счастлив уже от того, что другой рядом. Когда пришла пора прощаться, тихая грусть повисла меж нами, каждый словно ощущал её физически. Тогда я, молодой идиот, выпалил, что люблю её, что всегда буду рядом с ней, несмотря ни на что. Она лишь грустно улыбнулась, попросив не давать обещаний, которых не смогу выполнить.

Алиса. Девочка- звезда. Недосягаемая. Яркая. Чистая. Так, по крайней мере, казалось мне тогда, когда я ещё не знал всей её сути. Но даже теперь, когда всё уже известно, когда наши пути разошлись навсегда- даже теперь я не могу её забыть. Она точно болезнь поселилась внутри меня, ослабляя, заставляя время от времени вновь " ловить ностальгию", вспоминая снова и снова всё, что между нами было. Переживать всю ту грязь, что она принесла в мою жизнь. Девочка, у которой под красивой обёрткой скрывалась меркантильная стерва, готовая прыгать по мужикам, предавать, продаваться...

Сука! Как же больно. До сих пор больно.

Странно, но до сих пор не отпускает даже не обида, а глупый, по-детски наивный вопрос- за что? За что она так со мной? Почему поступила так с тем единственным, кто отнёсся к ней по-человечески, кто не обсуждал и не осуждал как другие, кто раскрыл перед ней своё сердце? Приходится признать, что мать была права, когда говорила, что " с этой русской у тебя ничего не выйдет".

I am here without you baby , Nickelback . Песня.

2. Алан

Семья- часть тебя, часть мира навек.

Не только родители- супруги и дети.

Как часто не помнит о том человек,

Как путает он понятия эти.

Я припарковал свой BMW X7 возле элитного жилого комплекса "Садовые кварталы". Несмотря на частые поездки за границу и плотный график встреч, редкие семейные ужины по субботам оставались неизменной традицией. Вытащив из багажника коробку с тортом из модной французской кондитерской и пакеты с подарками, я направился к подъезду, предвкушая встречу с родными. Что ни говори, а кажущиеся банальностью древние мудрости- непреложная истина. У каждого человека должен быть род, семья. Место, где он черпает силу, поддержку, понимание.

Мама открыла дверь раньше, чем я успел позвонить.

– Алан! Сынок!- она обняла меня так крепко, словно не видела год, хотя прошла всего неделя. От неё пахло привычными специями и домашним теплом.

– Мама, ты как всегда, -улыбнулся я, целуя её в щёку.
– Чувствую запах долмы отсюда до лифта.

– Конечно, твою любимую приготовила. И плов, и хинкал как ты любишь, " не пухленький" - передразнила то, как я детстве называл тонкий хинкал. Скользнув взглядом по моим занятым подарками и гостинцами рукам, забрала у меня торт.- Заходи скорее.