Кто пересылал эти донесения? Мы знаем только кодовые имена. Например, в Берлине работал агент «Сокол», а также «Искра» и «Генрих». В Нюрнберге, там, где проходили партийные съезды НСДАП, работал агент «Красавица». В оккупированном немцами Париже – агент «Сара». Их настоящие имена нам пока неизвестны. Скорее всего, речь идет даже не об агентах-одиночках, а о главах резидентур, создававшихся еще перед войной. Наверное, много могли бы рассказать о них и Берзин, и Коротков, и Фитин. Но они уже умерли, а двери архивов закрыты. Так давайте попробуем угадать, кто скрывался за этими псевдонимами.

Давайте еще раз вернемся к «Семнадцати мгновениям весны» и реальной операции «Восход солнца». Вся операция описана у Семенова настолько точно, что можно просто вырывать страницы и вставлять в учебник. Выдуманными являются только личности Штирлица и его агентов – Плейшнера, пастора Шлага… Впрочем, настолько ли выдуманными?

Года четыре назад промелькнуло сообщение о том, что русский эмигрант в Швейцарии, большой поклонник Штирлица, наткнулся на интересную заметку в одной из старых газет. В ней сообщалось в разделе «Происшествия», что в начале марта 1945 года трагически погиб недавно приехавший из Германии ученый-историк доктор Фальке. По словам автора заметки, Фальке покончил жизнь самоубийством – выбросился из окна с четвертого этажа дома. При этом совершенно неясно, что он в этом доме делал.

Ничего не напоминает? Ничего общего с трагической судьбой профессора Плейшнера? Сам факт подобного самоубийства удивления не вызывает. Вопрос в том, откуда это стало известно Юлиану Семенову? Неужели он лично перебирал подшивки старых швейцарских газет? Верится слабо. Значит, были какие-то иные источники. Известно, что писателя в период работы над эпопеей о Штирлице консультировали профессионалы из ГРУ, которые прекрасно знали историю своей службы. Возможно, они подсказали ему этот сюжет? Но с какой стати разведчикам помнить мелкое, по сути бытовое происшествие 30-летней давности?

Скорее всего, Фальке был прототипом Плейшнера, причем прототипом во всех смыслах. Но тогда вполне логично предположить, что и у других героев Семенова были прототипы!

А теперь вспомним Николая Кузнецова и его участие в «акциях возмездия». После войны архивы ровенского гестапо были захвачены – немцы не успели их уничтожить. Исследователей они особо не интересовали и лежали бумажной грудой среди других трофейных документов. Лишь когда начали изучать биографию Кузнецова, руки у историков дошли и до них. И тут обнаружилось самое интересное. Оказывается, в середине 1943 года украинское гестапо напало на след некоей группировки, действовавшей в Берлине. Какие-то ниточки тянулись из Киева и Ровно в столицу рейха, и немецким спецслужбам удалось их перехватить. Расследование двигалось довольно бодро, хотя было еще очень далеко от завершения. И в этот момент в Ровно начинаются громкие убийства. Естественно, в приказном порядке все гестапо было брошено на поиски террориста. Когда же снова вернулись к «ниточке», выяснилось, что ее за это время кто-то успел заботливо оборвать. Создавалось впечатление, что Кузнецов просто отвлекал на себя внимание врага, прикрывая коллег, работавших в Берлине.

Именно эти коллеги, скорее всего, и сообщили в Центр о готовящейся операции «Восход солнца». О ней знал достаточно узкий круг людей, насчитывавший всего несколько десятков человек. Тщательный анализ информации показывает: поступила она именно с германской, а не с американской стороны.

Так кем же был советский агент – Мюллером? Борманом? В начале книги я уже говорил о том, что это невозможно. Естественно, он занимал гораздо более низкое положение по служебной лестнице. Тем не менее был достаточно компетентен и информирован. То есть, скорее всего, находился примерно на той же должности, что и Штирлиц из фильма, – офицера среднего ранга, работающего в Имперской службе безопасности.

Так что же было известно Юлиану Семенову, чего не знают нынешние историки разведки? Кем был загадочный агент? Установить это не так сложно, как кажется. Круг подозреваемых невелик – всего несколько десятков лиц. Достаточно обратиться в германские архивы и просмотреть их личные дела, а также выяснить, куда они делись после войны. Когда-нибудь я этим займусь.

Но суперагентом-одиночкой прототип Штирлица, конечно же, не был. У советской разведки были свои источники и среди партийных функционеров, и в рядах германских вооруженных сил – вермахта, люфтваффе, кригсмарине… Надеюсь, когда-нибудь мы узнаем их имена.

Пожалуй, нет на войне более опасной специальности, чем разведчик. Действительно, если взять процент потерь среди различных родов войск, то у резидентов и агентов внешней разведки он будет самый высокий. Зато как высок тот ущерб, который они нанесли врагу! Как велик их вклад в общую Победу!

Впрочем, идеализировать разведчиков тоже не стоит. Они были незаурядными людьми, но всего лишь людьми, не лишенными своих слабостей и пороков. Они не были неуловимыми и неуязвимыми, они делали ошибки, которые обходились им так же дорого, как и саперам. Часто им не хватало профессионализма и навыков, но как одно, так и другое приходит только с опытом. А получить этот опыт и выжить в нацистской Германии, где действовали сильнейшие контрразведки мира, было очень непросто, если не сказать невозможно. И все же в этом пламени закалялась сталь. В годы войны советская разведка зарекомендовала себя как самая эффективная среди всех своих коллег-конкурентов. Несмотря на огромные потери, она с честью прошла все испытания и смогла решать важнейшие задачи и после Победы. Деятельность «Кембриджской пятерки» и атомный шпионаж, работа в США и в Западной Европе – все это впереди, об этом расскажут следующие книги. Но добиться этих успехов помог бесценный опыт, полученный в годы Второй мировой войны.

Книга, последние страницы которой вы сейчас читаете, разумеется, не может претендовать на полноту. Как не может претендовать на нее, в принципе, ни одна из работ, существующих сегодня. Потому что многие архивные дела еще закрыты и доступ к ним будет позволен исследователю очень нескоро. То, что мы можем видеть, – лишь фрагменты большой картины, но и эти фрагменты дают нам представление о масштабе деятельности нашей разведки. Я же постарался продемонстрировать вам наиболее яркие и интересные страницы ее истории, открыть ее трудовые будни, показать людей, работавших в ее рядах. Ведь они, согласитесь, заслуживают того, чтобы о них помнили.