Шрифт:
«Мелкость» и высокая концентрация российского рынка акций, к сожалению, останутся системным ограничением для его развития даже несмотря на совершенный рывок в развитии его инфраструктуры. Для долгосрочного роста капитализации российских компаний инфраструктурные изменения должны быть дополнены повышением качества деловой среды. Перечень условий, необходимых для улучшения инвестиционного климата, остается неизменным уже много лет: защита прав инвесторов и сильная судебная система; предсказуемость регулирования; поддержка и развитие внутренних долгосрочных инвесторов. Без этого удобная инфраструктура не имеет смысла, так как ее будут использовать преимущественно спекулянты. А упрощенный механизм доступа к российскому рынку может обернуться повышенными рисками обвала рынка в результате массового вывода средств иностранцами.
График 1
Капитализация 200 крупнейших российских компаний в 2013 году продолжила снижение
График 2
Россия находится в тренде движения индексов развивающихся рынков
График 3
За первое полугодие 2013 года произошел почти двукратный рост объема неисполненных обязательств в режиме репо по сравнени с 2012 годом
График 4
Объем рынка репо с ЦК растет, хотя и занимает пока не более 2% в общем объеме сделок междилерского роста
График 5
Россия уступает другим развивающимся странам по количеству эмитентов, акции которых прошли листинг на внутреннем организованном рынке
График 6
Точкой поддержки рыночной капитализации российского рынка стал телекоммуникационный сектор, благодаря IPO "Мегафона"
График 7
Ликвидность российского рынка находится на уровне других развивающихся рынков, однако характеризуется более высокой концентрацией торгов на топ-10 наиболее ликвидных акций
: Максим СоколовМаксим СоколовВ
Максим Соколов
Максим Соколов
В макаронической версии гимна Советского Союза следующая строка гласила: «Уж больно ты грозен, как я погляжу». Установочная статья премьер-министра «Время простых решений прошло» сильно напоминает ту давнюю пародию, ибо весь ее пафос — равно как и пафос выступлений на инвестфоруме в Сочи и последующих инвестфорумах — сводится к тому, что мы не шутки пришли шутить.
Другое дело, что выступления премьера никто, кроме экономических публицистов, не услышал; реакция же услышавших была довольно комичной. Постраничный комментарий статьи дали М. Л. Хазин и А. Р. Кох, принадлежащие к совершенно враждебным лагерям и не сообщающиеся между собой ни в еде, ни в питье, ни в молитве, — тем примечательнее было редкостное сходство двух пренебрежительных отзывов. Сходство столь сильное, что пассажи Хазина можно было бы вставить в рецензию Коха и наоборот — и никто бы того не приметил.
Практически нулевая реакция на выступление премьера, с одной стороны, понятна: аудитория устала. С другой стороны, и по жанру, и по смыслу, и по должности, занимаемой автором, текст имел смысл «Отечество в опасности!», «Братья и сестры, к вам обращаюсь я, друзья мои!», «Наступление социализма (вар.: капитализма) по всему фронту», «Конвой стреляет без предупреждения». Короче, «отныне здесь вам не тут», раздирание прежнего общественного договора и объявление нового. А на такие вещи все-таки положено реагировать.
Хотя бы ради понимания, чего от властей следует ждать в будущем, поскольку, когда они объявляют устами премьер-министра, что время действовавшего доселе общественного договора («простых решений», в терминологии Д. А. Медведева) прошло, это значит, что они более не считают себя связанными его пунктами. Точнее, главным пунктом — обменом минимальных социальных гарантий на лояльность. Власть более не в состоянии, ей просто надоело, она установила, что гарантии — зло, ибо подрывают свободный индивидуализм, — в общем, главное то, что больше их не должно быть.
Не должно так не должно, но важно понять, как это впредь будет выглядеть на практике. Когда премьер указывает: «Нужно уйти от политики сохранения занятости населения любой ценой... Кому-то — это может быть довольно значительная часть населения — придется менять не только место работы, но и профессию, и место жительства». В принципе, так оно и было века и тысячелетия. Пищи нет — приходится сниматься с привычного места в поисках новой доли. Такова была причина Великого переселения народов, так заселялся европейцами американский континент. Причем в некоторых случаях слова Д. А. Медведева звучали бы в высшей степени гуманно. Когда на просторах России бушевала мужичья чума, когда крестьяне целыми семьями снимались из ставших гиблыми родных мест и отправлялись на поиски пищи и любой работы, а их встречали кордоны вокруг железнодорожных станций («Гражданская война велась не тачанками, а овчарками» ©) и не выпускали из обреченных местностей, то, конечно, мужики и бабы времен коллективизации были бы счастливы, когда бы советская власть всего лишь дала им бежать куда глаза глядят, а на большее они и не рассчитывали. Собственно, гуманность нынешнего таджикского правительства в том и заключается, что оно не мешает своим подданным — и это довольно значительная часть населения — менять профессию и место жительства.