Почувствовав за спиной какое-то движение, Джейкоб рывком развернулся и, выставив перед собой ладонь, остановил рвущегося в бой Ларока. Журналист потерял равновесие и с громким «Ох!» осел на пол.

Оба одновременно потянулись к камере, свисавшей с пояса Ларока на шнурке. Шнурок звонко лопнул. Ларок отбивался и пытался встать, а подоспевшие члены экспедиции его удерживали.

Джейкоб вскинул руки вверх и потребовал:

– А ну, прекратите!

Он встал между Лароком и Джеффри так, чтобы отгородить их друг от друга. Ларок потирал ушибленную руку и злобно сверкал глазами, не обращая внимания на сдерживавших его людей.

Джеффри продолжал извиваться, стараясь высвободиться. Кулла и Кеплер крепко вцепились в него, не позволяя ему этого сделать. На заднем плане сокрушенно посвистывал Фэйгин.

Джейкоб обхватил голову шимпанзе ладонями и заглянул ему в лицо. Джеффри глухо зарычал.

– Шимпанзе Джеффри, послушай-ка меня! Я Джейкоб Демва. Я человек и один из руководителей проекта «Возвышение». Вынужден сообщить тебе, что твое поведение абсолютно неприемлемо… ты ведешь себя как животное!

Голова Джеффри дернулась, как от пощечины. На миг он ошеломленно уставился на Джейкоба, рычание так и не успело сорваться с его губ, а потом взгляд темно-карих глаз расфокусировался. Шимпанзе мешком обвис в руках державших его Куллы и Кеплера.

Продолжая одной рукой поддерживать голову шимпанзе, Джейкоб другой рукой пригладил вставшую дыбом шерсть. Джеффри вздрогнул.

– А теперь просто расслабься, – ласково велел Джейкоб. – И попытайся взять себя в руки. Мы все охотно выслушаем тебя, как только ты будешь готов спокойно рассказать, что произошло.

Весь дрожа, Джеффри потянулся к своему переговорному экрану. Ему потребовалось некоторое время, чтобы совладать с собой и медленно напечатать: «ПРОСТИТЕ». Он поглядел Джейкобу в глаза, и на лице его действительно было написано раскаяние.

– Отлично, – похвалил его Джейкоб. – Способность вовремя принести извинения – признак настоящего человека.

Джеффри выпрямился и нарочито спокойно кивнул Кеплеру и Кулле. Те отпустили его, а Джейкоб отошел, освобождая ему путь.

Несмотря на успехи в налаживании контакта с дельфинами и шимпанзе при реализации проекта «Возвышение», сейчас Джейкоб ощущал некоторую неловкость из-за того, что обращался к Джеффри свысока. Сыграв на чувствах клиента по отношению к патрону, Джейкоб применил рискованный прием и не ошибся. Исходя из сказанного ученым-шимпанзе ранее, Джейкоб предположил, что тот питает к патронам глубокое почтение, однако оно распространяется далеко не на всех представителей рода человеческого. Джейкоб был рад, что сумел надавить на этот рычаг, но гордиться тут было нечем.

Убедившись, что Джеффри утихомирился, Кеплер решил взять ситуацию под контроль.

– Что, к чертям собачьим, у вас тут происходит?! – вскричал он, испепелив Ларока взглядом.

– Это животное набросилось на меня! – заверещал журналист. – Едва я сумел побороть свои страхи и выбраться из того ужасного места, едва завязал беседу с достопочтенным Фэйгином, как эта зверюга с тигриным проворством кинулась на меня, и я вынужден был сражаться, чтобы спасти свою жизнь!

«ВРЕТ. ОН ЗАМЫШЛЯЛ ДИВЕРСИЮ. Я ОБНАРУЖИЛ, ЧТО КРЫШКА ПАНЕЛИ СЖАТИЯ ВРЕМЕНИ ОТВИНЧЕНА. А ФЭЙГИН СКАЗАЛ, ЧТО ЭТА ПАСКУДА ВЫСКОЧИЛА ИЗ МОЕГО КОРАБЛЯ, КАК ТОЛЬКО ЗАСЛЫШАЛА НАШИ ШАГИ».

– Прошу прощения, однако я вынужден возразить! – просвистел Фэйгин. – Я не употреблял бранного слова «паскуда». Я всего лишь ответил на заданный вопрос…

– Он торчал там целый чассс! – вклинился Джеффри вслух, гримасничая от напряжения.

«Бедный Фэйгин», – подумал Джейкоб.

– Я же говорил, – не унимался Ларок, – это жуткое место привело меня в ужас! Да я полчаса от пола отлипнуть не мог! Слышь, ты, мартышка, отвали от меня со своим поклепом! Лучше прибереги клевету для своих приятелей, которые еще с деревьев не слезли!

Шимпанзе оскорбленно взвизгнул, и Кулла с Кеплером снова ринулись разнимать спорщиков. Джейкоб направился к Фэйгину, раздумывая, что сказать.

Заглушая гвалт, кантен заговорил первым.

– Похоже, ваши патроны, друг Джейкоб, – мягко произнес он, – кем бы они ни были, обладали поистине исключительными личностными качествами.

Джейкоб кивнул, так и не найдя нужных слов.

Джейкоб разглядывал горстку собравшихся у трапа. Кулла и Джеффри, каждый в своей характерной манере, пытались что-то втолковать Фэйгину. Неподалеку топтались несколько членов команды… наверное, хотели избежать назойливых расспросов Ларока.

После потасовки репортер взял манеру ошиваться в пещере, бомбардируя вопросами всех, кто был занят делом, и плачась в жилетку всем, кто не был. Лишившись камеры, он поначалу бушевал, однако мало-помалу градус накала страстей снизился, дойдя до отметки, которую Джейкоб назвал бы «еще чуть-чуть, и его хватит кондрашка».