Шрифт:
– А что теперь надо делать, ну, по правилам?- спросила вдруг она.
– Ну, после милой непринуждённой беседы Вы должны меня сопроводить до дома,- я немного подумал, и добавил- впрочем можно и до выхода из леса, по дороге развлекая меня непринуждённым разговором. Я бы Вас тоже сопроводил, но Вы слишком внезапно меня покинули, увы!
– Понятно,- она покрепче прижала к себе пакет с хлебом,- а беседа уже всё? Тогда пойдёмте, граф Раймон, я Вас сопровожу. А как надо разговаривать, чтоб было непринуждённо?
Мы шли по болоту, по лесу, я нёс какую-то пургу, но моя собеседница принимала мой стёб за чистую монету…по-моему.
– Вот, граф,- она показала на прогалину, - там ваша деревня. А теперь я должна к Вам с подарком отнести визит?
– Это уж по желанию,- ответил я,- Вы же не граф…Засим я прощаюсь!
– Прощайте, граф!- когда я обернулся, её уже не было.
Я пошёл по прогалине к выходу из леса.
– И куда это тебя понесло, а? Я ж тебе куда показал то?- на пеньке сидел давешний дед.- Выселки то твои вона где!
– Иди ты нах, дед!- взвыл я и бегом помчался к деревне. Вслед мне нёслось ехидное хихиканье.
История третья. Сестрёнки.
Мне было хреново. В своё оправдание могу сказать только- сам дурак. Весь день я был занят важным и ответственным делом - ремонтом крыши. Неделю назад была сильная гроза, ветром сорвало рубероид с крыши дачи - отчим тут же оказался страшно занят, и меня, как главного бездельника, дружными усилиями отправили чинить крышу. Я почти целый день сдирал рваный рубероид и приколачивал новый. По собственной же дурости снял майку и не заметил, как обгорел. К тому же накануне меня обрадовали - родители решили дачу продать. По идее, незачем было и покупать, но тогда были лишние деньги, а теперь они понадобились, и завтра с утра я должен был встретить потенциальных покупателей и всё им показать и рассказать.
В результате сейчас я лежал на раскладушке, сожжённая спина болела, меня знобило. Наверно, надо было позвонить родителям и ехать домой, но связь постоянно обрывалась, потом потемнело и начался дождь. Единственным плюсом в ситуации было то, что я таки починил крышу. Теперь мне было хреново, но с потолка не лило.
За окном сквозь шум дождя раздалось шлепанье, потом царапанье в окно. Я никого не ждал, вставать было больно и я остался лежать .
Шлёп…шлёп…шкряб…тот кто ходил под дождём не унимался ,кажется их было двое, один скрёбся и шлёпал под окном, второй начал царапаться в дверь.
– Идите в жопу негра,- не выдержал я. Шлёпанье и царапанье возобновились с новой силой, точно мой ответ придал существам снаружи уверенности и сил. Дождь усиливался, сверкнула молния, раскат грома слился с визгом.
– Мать вашу за ногу,- я с трудом сполз с койки и поплёлся к двери. Там уже не скреблись, а колотились изо всех сил и подвывали. Я распахнул дверь, снова ударила молния, совсем рядом, свет в доме мигнул и погас, и в меня вцепились две мокрые орущие от страха тушки. Я с трудом удержался на ногах, и начал отдирать их от себя, с применением непарламентских выражений. Тушки подвывали, скулили и отдираться никак не хотели.
– Да блина,- не выдержал я,- чего прицепились! Чего вам надо, нищим не подаю!
– Граф,- проскулила тушка побольше,- мы визит…
– Боюсь…- тихо подвывала тушка поменьше,- боюсь…
– Мать вашу, болотную,- я понял, что так просто мне от них не отделаться,- отцепитесь уже, кикиморы…идите в дом.
С радостным визгом они метнулись в тёмную комнату, я поплёлся следом и рухнул на свою раскладушку. Голова раскалывалась, майка насквозь промокла и стало ещё холоднее, меня трясло, я натянул одеяло до подбородка и свернулся калачиком, закрыв глаза.
– Чего делать-то?- спросила одна другую.
– Не знаю,- ответила та,- он же лежит…и молчит, а раньше говорил!
– Я есть хочу!- в тишине явственно клацнули зубы,- ты сказала, покормит!
– Жрите,- простонал я,- твари корыстные, на столе в пакете.
Зашлёпали босые ноги, зашуршал пакет, и раздалось громкое чавканье. В пакете был хлеб, я прихватил аж две буханки, и пол скалки копчёной колбасы- надоело оставаться голодным из-за прожорливой нечисти. А она ещё и подружку приволокла. Опять я в пролёте - тоскливо подумал я.
– Всё что ли?- раздался громкий шёпот,- а это чего?
– Погоди, чего он молчит-то?- прошипела вторая. Раздалось шуршание и чавканье с причмокиванием…наверное мои гостьи добрались до прошлогодних залежалых карамелек, раскиданных по ящику стола. Разгрызть их человеку было невозможно - они были просто каменными.
– Э…граф а что выделаете?- спросила первая.
– Подыхаю,- буркнул я,- а вы припёрлись и мешаете!
– Как…зачем, граф!- в её голосе появились какие-то странные интонации…гроза громыхала уже далеко, дождь всё шумел. Внезапно вспыхнула лампочка. Вторая ойкнула и подавилась каменной карамелькой. Я повернулся к ним и, наконец, рассмотрел обеих. Первая, моя давняя знакомая была малость постарше второй, и если бы не глаза, зубы и ногти, была бы нормальным подростком. Вторая выглядела помладше, растрёпанная, большеротая. На вид ей было лет десять- двенадцать. Она смотрела на меня, открыв рот. Первая хлопала глазами, и казалось, вот-вот разревётся.