Вот я всегда говорил отцу, что мне здесь не место. Это он был любителем захватывать новые территории, упиваться властью и доказывать, кто тут сильнее всех. Я же спокойно готовил вкусняхи на задворках нашего сектора Изнанки и горя не знал… Пока батя и брат меня гнусно не подставили!

Знали же, как я к этому отношусь…

— Владыка… — тихо произнесла Кнопка.

— Не мешай! Я думаю.

— Владыка…

— Ты глухая?!

— Мама… — пискнула помощница и тут же спряталась за огромной картиной моего отца.

Дверь с грохотом вылетела, а затем обрушилась на пол, подняв в воздух густое облако пыли.

— Умри! Паскуда-тварь! — в зал забежала одна из валькирий Повелительницы Тьмы.

— Генерал Тумбулыжник! Я выбираю тебя! — вытащив из кармана камень, я швырнул его под ноги воительницы.

— Паскуда-тварь!!! — выругалась она, и запнувшись, обрушилась на пол.

— Ну? — усмехнулся я: — Кто следующий?

— А ты угадай…

Спустя мгновение, из облака пыли к моему трону вышла она… Та, которую я ненавидел всем своим сердцем.

Длинные противно-блондинистые волосы. Светящийся изумрудный взгляд, что был концентратом надменности всей видимой Вселенной! Огромные ресницы. И блестящий тёмный доспех, который был выкован в ядре далёкой звезды.

— Алина — Повелительница Тьмы. — я встал с трона и направился навстречу своей судьбе.

— Люций — Жалкая пародия на своего папашу. — с усмешкой произнесла она, вытащив огромный чёрный меч из ножен: — Вставай на колени и моли о пощаде! И, может быть, тогда твоя смерть станет быстрой и лёгкой…

— Откуда столько злобы?

— О, неужели? — Алина сжала идеально-белые зубы: — Твоя семья украла нашу территорию. А ещё… Ты сорвал мою свадьбу.

— Невелика потеря. Это был бы типичный брак по расчёту. К тому же, ты и сама была не в восторге от Нетвика.

— Тебя это волновать не должно.

— Как же? Я всегда считал, что оказал тебе услугу. — злорадно улыбнулся я.

— Во всеуслышанье обозвав меня шлюхой?! — Алина крепко стиснула рукоять огромного меча: — Я долго готовилась к этой встрече. Мечтала, как буду разрезать твоё никчёмное тельце на куски!

— Ну, давай. Вперёд!

— ВЛАДЫКА!!! НЕТ!!! — Кнопка выглянула из-за картины: — У неё Светоч Иоллы!!! БЕГИТЕ!!!

— Заткнись! — Алина щёлкнула пальцами, и бедолагу приложило о стену: — Ну, вот! Весь сюрприз испортила… Мелкая поганка. А ведь она мне даже нравилась…

— Знаешь, я могу простить тебе многое. — злобно прорычал я: — Но только не насилие над моей свитой. Я тебя сейчас голыми руками порву!

— Да-да-да… Говорить ты всегда горазд. Но мне это надоело. Раз тебе всё равно рассказали о моём секрете… Сдерживаться больше нет смысла. — демоница за долю секунды оказалась возле меня, пронзив мой живот мощным лучом яркого света.

— Сучелла… — выдохнул я, и схватив её за шею, повалил проклятую демоницу вместе с собой.

— Что?! Ещё барахтаешься? Ла-а-а-а-адно. Моё лицо будет последним, что ты увидишь перед смертью. — усмехнувшись, ответила она и села верхом на меня.

— Прости, но я не могу отказать себе в удовольствии сделать для тебя такой же сюрприз. — я поднял указательный палец, и над нами вспыхнула огромная пентаграмма. Вот оно — «Око Оверлорда»: — Придадимся же смерти вместе!

— ЧТО?! НЕТ!!! — взвизгнула Алина и попыталась подняться, но моя хватка оказалась крепче.

— ВЛАДЫКА!!! — завопила помощница, выбравшись из-под камней: — ВЛАДЫКА, ВЫ НЕ ВЫЖИВЕТЕ!!!

— Лучше беги, Кнопка! У тебя осталось немного времени.

— СВОЛОЧЬ!!! — кричала Алина, лупася меня металлическими кулаками: — ТЫ ВСЁ ЭТО СПЛАНИРОВАЛ!!!

— ВЛАДЫКА!!! — чуть ли не плача кричала помощница.

— Кнопка… Вот всегда ты тупишь в самый неподходящий момент. — я вновь щёлкнул пальцами, и моя верная боевая подруга благополучно вылетела в окно: — Тебе ещё не время умирать.

— ТВАРЬ!!! ГНИДА!!! НЕНАВИЖУ!!! — кричала Повелительница Тьмы: — Псих!!! Как ты, вообще, на такое пошёл?!

— Ты упустила один важный момент. — улыбнулся я, и, подмигнув, нарисовал в воздухе круг: — Я всем своим существом ненавижу Изнанку и этот проклятый трон. БУМ!

Яркая вспышка с грохотом накрыла нас. Единственное, что я успел заметить — это напугано-возмущённые глаза Алины.

Сомнительная победа. Но последнее слово вновь осталось за мной.

А затем — мрак.

Плотный… Густой, словно ледяной кисель.