— Да так, вычитаю, — отмахнулся он.

— Чего?

— Не бери в голову. Давай к делу. Знал бы ты, как я радовался, когда тебя на фотке увидел. Тебе работа нужна?

— Еще как, — кивнул я на автомате, так как разум был заторможен. Не успевал реагировать на раздражители. Слишком быстро все менялось, и мыслей в голове столько, что их бы лучше целым консилиумом обмозговывать вечерок-другой.

— Хорошо, Кость. Тогда слушай внимательно. Все, что я скажу, должно остаться между нами.

— Мог бы и не уточнять, — кивнул я, глядя в глаза Феде.

— Слышал что-нибудь про Магоземье? — сощурился он.

— Только слухи с форумов. Якобы первая игра с полным погружением. Если б не говорилось, что у нас сделана, еще бы поверил, а так…

— Это мой проект, Костян. Реально первая игра с полным погружением.

Появление Феди было как оглушающий удар щитом, его выходка с резюме — атака мечом, а это добивание, быстрое и жестокое, чтобы кровь во все стороны. Просто комбо.

Федя в двух словах поведал мне о том, как потомственный инженер стал биоинженером, а потом гендиректором крупнейшей российской игровой студии, еще и на частичном госфинансировании.

Началось все с обычного исследовательского гранта. Переросло в крупную частную компанию, а потом к нему с предложением пришел старый друг, что тогда покорял Кремниевую долину. Исследования мозга удивительно хорошо легли на предложенную концепцию игры с полным погружением. Два года разработки. Удачные испытания. Новый грант. И вот бета-тест запущен уже одиннадцатый месяц.

Его друг Артур отвечал за игровую составляющую, а Федя за железо.

— Но этот придурок кукухой поехал, — подвел приятель черту вступлению.

— Не от игры, надеюсь? — осторожно уточнил я.

— Нет, — мотнул чашкой с кофе Федя. — Хотя можно сказать, что он заигрался. Я, конечно, не одобрял, но ничего сделать не мог с его увлечением всяким дерьмом. Он всегда много пил и курил, ну ты понял. Не сиги, в общем. Колеса глотал как витаминки, иногда нюхал прямо на собраниях. Ну там ладно, все свои. Я понимаю, типа творец и всё такое, но с опаской к таким вещам отношусь. Тем не менее свою работу он делал. До последнего его отпуска. Про шаманское варево из Перу слышал?

— Ая… как её там.

— Аяуаска. То ли шаман переборщил с крепостью, то ли у Артура уже фляга текла. В общем, их там полтора десятка любителей зайти за грань было. У всех всё более-менее. Поорали они там, своих демонов половили, поревели, но все из путешествия, скажем так, вернулись. А Вадим нет.

— И что с ним сейчас?

— Под присмотром у врачей. Я его уговорил застраховаться на такой случай. Так что если ему микросхемы в мозгах пропаяют как надо, он даже с голоду потом не сдохнет. Я что-то подобное предвидел. У нас в договоре прописано, что если кто-то теряет дееспособность, то теряет и долю.

— Ты, получается, теперь единственный гендир?

— Да. Но есть проблема, — помрачнел он. — Это тебя с детства от игрушек не оторвать было, а я со школы не играл. В голове мало что осталось. Я же в это всё ни в зуб ногой. А весь отдел тестеров под Артуром ходил, я им теперь не очень-то верю. Хочу тебя как независимого эксперта нанять. Мне взгляд со стороны нужен. Ты побегай, посмотри и честно мне скажи, насколько она вообще играбельна. Скоро обновление большое, но это ладно. Понимаешь, когда Магоземье выйдет, я хочу, чтобы оно стало событием как извержение вулкана, а не пердежом в лужу.

Я выдохнул, собирая мысли в кучу, и сказал:

— Я так и не понял, как это все работает, но в любом случае согласен.

— Потом, как подключать будем, я тебе все объясню детально. Документы почтой вышлю.

— У меня есть одно условие.

— Какое? — заинтересованно сощурился он.

— Неудобно просить, но можешь за меня счет оплатить? — сказал я, чувствуя, как краснеют уши.

Когда обсудили всю деловую часть, переключились на разговоры о жизни, повспоминали былые деньки. Все-таки странно. Столько времени прошло, мы уже совсем другие люди, а волну сходу поймали. Иногда неделю не видишься с человеком, и разговор поначалу идет со скрипом, а тут словно бы и не было этих восьми лет.

Тата провожала нас очень странным взглядом. Интересно, что подумала после всех Фединых выкрутасов. Надо будет в следующий раз спросить.

Сразу, как я пришел домой, мне на почту упал текст договора. Федя советовал особое внимание обратить на тот раздел, где прописаны все риски. Описание побочных эффектов могло довести до панической атаки особо впечатлительных.

Читая каждый новый пункт, все больше зарывался в сомнения, но живот урчал, намекая, мол, страшно-не страшно, а надо, Костя, надо. Подписав отказ от претензий, успокоил себя тем, что на любом лекарстве тоже целая простыня побочек, все их пьют, и при этом я никогда лично не встречал и даже не слышал о человеке, у которого бы что-нибудь случилось.