Она махнула рукой в сторону человека в комбинезоне, который командовал рабочими, начавшими разбирать конструкцию.

– А мне плевать, кто виноват. Она взялась за работу, значит, должна была все проконтролировать, – не успокаивался Максим, держась за сердце, которое готово было выпрыгнуть из груди. – Я вас всех засужу! Так и знайте!

– А мне плевать! – вскипела Жанна. – Делай, что хочешь!

– Жанна Николаевна не надо так, – заплакала помощница.

– Арина, ты почему еще здесь? Где бригада по уборке?

Жанна сплюнула на землю, показала Максиму средний палец и пошла к рабочим. Он взвился, но опять стал падать.

– Остановись уже! Что ты ищешь виноватых, когда еще ничего неизвестно.

– Да, ты так думаешь? Я слышал, как столб трещал, и сказал ей, но она даже посмотреть не захотела.

– Макс, разборки потом будем устраивать. Пошли?

Максим посмотрел на Илью.

– Куда?

– Тебе тоже нужна помощь. Ты весь в крови. И как ты еще с приступом не свалился? Удивительно!

– Я сам поражаюсь. А это пустяки, царапины. До свадьбы заживет.

Сказал и будто током ударило, настолько двусмысленно прозвучали эти слова. А еще он понял, что приступ паники несколько раз подкатывался, но всегда ему удавалось с ним справиться. И это был единственный хороший момент за этот проклятый день.

***

– Виноватой меня решил сделать? Давай, вперед! – ругалась Жанна и бежала, не разбирая дороги.

Злость просто клокотала у нее в душе, и девушка ненавидела сейчас все мужское племя, начиная с придурка бригадира, который на глазок собрал конструкцию, и заканчивая красавчиком козлом, который только что ее лапал. А ведь она десять раз просила Семеныча проверить, все ли в порядке!

– Все будет, как конфетка, Жанна Николаевна, не волнуйтесь, – успокаивал ее он, складывал пальцы в щепотку и звонко целовал их.

И ведь с самого начала ей показалось, что мужик с большого бодуна. Он все время жевал жвачку, как корова траву. Она видела, как, не останавливаясь, ходуном ходили его челюсти. Должна была насторожиться. Должна! Значит, прав синеглазенький: она виновата в случившемся.

– Конфетка, мать ети! Получили конфетку. Еще и судебное разбирательство на закуску.

Жанна обернулась и посмотрела на парня, развалившегося на деревянной дорожке. Он сидел у принужденной позе, одной рукой опираясь на панель, а другую прижимая к сердцу. Рядом стоял рыжий парень и, наклонившись, что-то ему говорил.

«А с ним что? Вроде бы нигде не зацепило», – обеспокоенно подумала она. Она уже несколько лет занимается свадебным бизнесом, собаку, можно сказать, на этом деле съела, и ни разу не было таких проблем. Вечно все у этих богатеньких не слава богу!

Она сердито встряхнула волосами и подключилась к уборке территории, хотя это было совсем не ее дело. Просто, если она ничем не будет занята, мысли сожрут ее изнутри.

Ее команда работала слаженно, и в них она была совершенно уверена. Она всегда тщательно подбирала сотрудников, хорошо им платила, но и требовала четкости и дисциплинированности в работе.

А вот пришлые – просто беда. Нужда заставляла приглашать специальные бригады для сборки шатров, панелей, обустройства территории. Приходилось продумывать все до мелочей, даже выездной туалет оборудовать, чтобы гости испражнялись с максимальными удобствами.

У нее были свои привычные площадки, куда она привозила клиентов и предлагала свадебные услуги. Но иногда, как в этом случае, богатые клиенты сами выбирали места бракосочетания. Вот и в подготовке этой свадьбы всем заправляла мама и невеста. Идея, сделать торжество на опушке леса за ромашковым полем им показалось самой удачной.

Хотя Жанна признала, что место выбрано отличное. Недалеко от трассы, с хорошим подъездом. Если бы не невнимательность Семеныча, они бы поделили прекрасную прибыль и еще не раз привезли сюда клиентов, а так… Теперь уже неизвестно, чем дело закончится. Еще и невесту увезли на скорой. А вдруг выкидыш?

Жанне стало плохо только от одной этой мысли. Как она могла совершить такую ошибку? Как могла? Ведь после несчастного случая, который произошел с ней несколько лет назад, она дала себе зарок: никогда не доверять ненадежным людям жизнь близких и свою. Проклятое время! Стоило только ситуации отдалиться, как она стала о ней забывать.

Жанна посмотрела на запястье, где мелкими цифрами была выбита дата: 05.11. Она сделала татушку, чтобы каленым железом выжечь этот день на коже и в памяти. И вот, на тебе, забыла.

– Жанна Николаевна, вас опять приглашает к себе тот скандалист.

– Он еще не уехал? – очнулась от горьких мыслей она и посмотрел на дорожку.

Парень по-прежнему сидел там и сверлил ее взглядом. И чего уставился? Она сняла перчатки, в которых относила к фургону целые стулья и складывала в сторонке сломанные (ущерб от падения шатра даже страшно было представить!), отряхнулась и направилась к дорожке.