– Рот закрыла, что хотела?

Я вздрогнула от неожиданности и вспомнила чего пришла:

– Я вам деньги за жилье принесла. – протянула ладонь с монетами. Та прищурила один глаз и как смотрят попугаи, пересчитала деньги, кивнула и сгребла их:

– Хорошо, осенью заплатишь вторую половину и оставайся до следующего лета.

И захлопнула передо мной дверь. Я очнулась, и довольная собой двинулась в сторону своей комнаты.

Я шла на работу довольная собой. Впереди показалась знакомая вывеска, осмотрелась и открыла дверь. Приветственно звякнул колокольчик, и на встречу вышел пекарь.

– Доброе утро!

– Ирма, рад вас видеть. Вы пришли нам помогать?

Я смутилась, потому что мне сложно решиться на перемены. Это жизнь за меня решает, что пора что-то поменять. Работа в кафе хоть и не приносила мне удовольствия, но там кормили и можно было раздобыть еды.

– Я бы рада вам помочь, но у меня уже есть работа и к сожалению, я там занята весь день до поздна. Думаю, что вы справитесь без меня. Ваши покупатели только до обеда заходят в магазин? Верно?

Мужчина погрустнел и согласно кивнул.

– После обеда вы сможете вместе с сыном собрать оставшийся хлеб и торговать на улице.

– Ирма, вы и так нам вчера помогли. Я не смею надеяться, что вы оставите свою работу ради помощи нам.

– Простите, Тео, мне пора идти. Если я освобожусь пораньше, обязательно помогу.

Я помахала малышу, он улыбнулся мне в ответ и поспешила в кафе.

День был суетливый, много заказов и соответственно посуды. Поэтому на кухне я редко появлялась, чем радовала свою соперницу. Вечером, я решила устроить себе помывочную, когда все разойдутся. Нагрела воды, завесила старой шторой закуток, где я мою посуду и устроила себе купальню. Волосы помыла мылом, которое раздобыла у Агас, и счастливая пошла домой. Дома еще оставалась большая часть хлеба, но я все равно несла обеденные краюшки, потому что едоков прибавилось и можно насушить сухарей, которые пригодятся в особо голодные дни. Хозяйке кафе привезли дрова, и хворост откидывали в сторону. Прихватив немного сухих палочек, двинулась по опустевшей улице.

В окошках пекарни было темно, так что я прошагала мимо к тем, кто меня ждал. Матушка порадовала тем, что уже не лежала на кровати, а сидела. Она рассказывала сидящей на стуле девочке какие-то истории, а та, раскрыв рот, слушала, обнимая себя за коленки.

– Доченька пришла. Мы с Эльзой сказки вспоминаем.

– С Эльзой?

– Да, девочка не помнит, как ее зовут, поэтому я дала ей имя своей сестры.

– Понятно. Значит никто ее не искал?

Матушка отрицательно покачало головой. Я спрятала добытый хворост под кровать. Печку сегодня не растапливала, нужно к зиме потихоньку дрова носить, потому что не знаю, как мы тут будем выживать без теплой одежды. Ужин был скудный, как всегда. Я на веревку нанизала кусочки хлеба, чтобы он подсыхал, а те сухарики, что уже насушила, ссыпала в тряпочный мешочек и подвесила под потолок.

– Пока вы утром спали, я заплатила за нашу комнату и теперь до осени нас не выгонят отсюда.

Матушка сложила ладони в молитвенном жесте:

– Слава Всевышнему, что он нас оберегает.

Когда закончила со своими делами, легла спать. Я смотрела на потолок и думала о том, что нужно что-то кардинально менять в своей жизни, а то так можно всю жизнь просидеть посудомойкой. Такой случай мне подвернулся через несколько дней.

Утром по дороге я навещала пекаря с сыном. Как я поняла похвастаться особо им было нечем, потому что у него на улице хлеб покупали плохо, и продавать его на проспекте он перестал к концу недели. Мне было горько, что у меня не было времени им помочь, но больше ничего в голову не приходило. Уго радостно меня встречал и обнимал, как только я открывала дверь, а Тео с надеждой посматривал и ждал, что скажу, что сегодня остаюсь с ними, но я прощалась и уходила.

В тот день, когда мне подвернулся случай показать свои таланты, заболел повар и не вышел на работу, поэтому мальчишка Джори, его помощник, метался по кухне и на всех кричал подгоняя. Заказов было мало, поэтому я освободилась и следила за его пустой беготней, которая ничего не давала, а только вводила в хаос все на кухне.

Нужно было что-то готовить, а он не знал за что хвататься. Все помощницы сбились с ног, стараясь ему угодить.

Я достала сушеные грибы, замочила, поставила подставку для сковороды и аккуратно пожарила мясо курицы, которую порезала кусочками. Нарезала тонкими полукольцами лук, поджарила его на масле, добавив щепотку мускатного ореха и приготовленные грибы. Все уже издавало приятный аромат. Меня радовало, что никто не обращал внимание на то, чем занимаюсь я.

Смешала все и ужаривала, пока не выпарится вода.

С соусом оказалось сложнее, потому что сливки взять я не могла, пришлось импровизировать. Поджарила на сливочном масле муку и добавила молоко, чтобы соус был погуще, вбила несколько яиц. Когда все было готово, я соединила все в одной глубокой сковороде и тщательно перемешала. Кокотниц не было, поэтому я разложила все в глубокие кружки, посыпала сыром.

Данные кружки приставила поближе к костру, так как духовки для запекания тут не было. Вся выпечка покупалась в пекарнях.

В дверях, ведущие в зал, столпились девушки, которые подают блюда и нервничали, потому что ничего не было готово. Я подошла к Анн, той которая показала мне дорогу к этому кафе и предложила отнести уже готовые закуски, пока основные блюда не готовы. Все боялись гнева мадам Жу-жу, поэтому на свой страх и риск, девушка согласилась.

Я принесла на подносе несколько горшочков и протянула ей. Она понюхала еду, улыбнулась и понесла в зал.

В течение получаса мы раздали все мои блюда, кроме одного, на который пока не нашлось покупателя. В комнату влетела хозяйка и закричала своим зычным голосом: