– Катись к черту, сукин сын! – выдергиваю руку. – Чтобы ты сдох, да поскорее!

– На новый год Деду Морозу напишешь письмо. Может, исполнятся твои желания, м? – не отрывает от меня взгляда. Не нравится мне все это… – У тебя пятнадцать минут, Мира. Пятнадцать. Не больше.

– Не боишься? А ведь я могу расправиться с тобой!

– А ты попробуй, – довольно хмыкает. – Может, и получится.

Меня трясет от злости. Нужно просто сказать пару слов, заставить вспомнить прошлое. Тогда он точно отстанет от меня! Но какая между нами будет разница? Я не такой зверь, как он.

– Ты меня не сломаешь, Тимур. Даже если сломаешь, я все равно встану на ноги. Нозло тебе! Я встану и пойду вперед, не оглядываясь. В конце концов, ты не такой крутой, чтобы я по тебе сохла. Как смогла довериться, так и плюнула. Или ты думаешь, я буду ползти за тобой на коленях? Не-а, – смотрю в упор в голубые глаза. – Я душу дьяволу продала бы ради любимого. Ради того, кто действительно ценил бы меня. Но для тебя даже плевка жаль. Сукин сын! Ничего ты не достоин! А еду… Я ее приготовлю! Надеюсь, подавишься!

ГЛАВА 8

«Почему не спишь?» – прилетает очередное сообщение от Маши.

Она думает, что со мной все хорошо. Так и хочется ответить ей, что между мной и Тимуром ничего не было, что он использовал меня в своих целях, но сдерживаю себя. Сглатываю образовавшийся в горле ком.

«Не спится. Соскучилась», – отвечаю без капли лжи.

Я никогда ничего не скрывала от сестры. Поэтому чувствую себя отвратительно каждый раз, когда я меняю тему и нагло вру, что безумно счастлива с Тимуром. Что у нас очень хорошие отношения. Все тайное рано или поздно становится явным. Маша меня не простит, узнав, что на самом деле произошло со мной после моего побега.

Слышу тяжелые шаги и прячу мобильник под подушку. Тимур не отнял телефон, наоборот, приказал чаще общаться со своей семьей. Для меня это очередная загадка. Интересно, зачем он это делает? Чтобы Матвей узнал его адрес и пришел сюда за мной? Да я брату даром не нужна. Он не придет. Тем более ему своя шкура важна, а на мою плевать. Он прекрасно знает, что Тимур давно охотится на него. Не станет так рисковать.

– Мира, иди сюда. Я в курсе, чем ты там занята, – говорит Тимур.

Он явно собирается на работу, однако еще рано. Странно…

Встаю и натягиваю на себя домашнее платье, которое, кстати говоря, купил сукин сын собственной персоной, и выхожу из комнаты. Я не смотрю на Тимура, сидящего на диване в расслабленной позе. Мое внимание привлекает рация на столе.

– Держи, – протягивает мне синюю кредитную карточку. – Закажи себе что-нибудь нормальное. Я в этом деле профан. О деньгах не думай. И учти… Что ты купишь, в том и будешь по городу гулять, – издевательски ухмыляется. – Без выкрутасов. Чтобы к восьми была готова. А если не закажешь одежду, пойдешь голой. Я не шучу, Мирослава. Однажды ты в этом убеждалась. Помнишь?

Я закатываю глаза и бросаю очередное ругательство сквозь зубы. Тимуру до одного места мои слова. Как бы я его не обзывала, он просто молчит, тем самым действует на мои нервы еще сильнее.

– Ты поняла меня?

– Сам заказать не можешь? – ворчу в ответ.

– На самом деле могу заказать, – задумчиво тянет он, останавливая свой взгляд на моей груди. Усмехается. – Могу заказать нижнее белье. Вопрос в том, сможешь ли ты в нем пойти на прогулку или… На свидание, допустим?

– Сукин сын! Чтоб ты сдох!

Каждый раз я стараюсь не реагировать на его провакации. Пытаюсь остаться спокойной, но этому мерзавцу удается вывести меня из себя.

– Я на работу. Некогда с тобой болтать, – забирает рацию и телефон со стола. – К восьми, Мира. Не забудь.

– Я не глухая!

– Я тебя разве глухой назвал? – вопросительно выгибает бровь, брюки поправляет. Черт возьми! Они же фирменные… Он действительно полицейский?

– Как мент, ты выбрал самый подлый путь, Тимур, – скрещиваю руки на груди и смотрю в упор в синие глаза мужчины. – Неужели за все время… За все эти годы ты никак не сумел найти доказательства и отправить Матвея за решетку? М? Ну теперь ясно… Мужчина из тебя так…

– Заткнись! – отрезает моментально. – С тобой нужно говорить на том языке, который ты знаешь лучше всего, девочка. Давить, унижать, оскорблять. Зря я нянчусь с тобой. А ведь могу найти дело более увлекательное!