– А что здесь? – громче спросила Света.

– Я не помню! – из коридора крикнул Эд. Скрипнула дверь подсобки, а затем шаги простучали в сторону холла. Света заметила, что в темноте так приятно было вслушиваться, особенно, когда эти звуки были для нее приятны. Шаги Эда, скрип половицы, когда он приближался, стук бревен и шорох огня. Она надолго запомнит это.

Дверь заклинило в одном месте старой планкой. В темноте плохо было разобрать, потому Света наклонилась и попыталась ее выдернуть. Крепко застряла. Подождала немного, а когда услышала, что Эд растапливает камин, решила все-таки сделать хоть что-то сама.

Выбила пяткой лишнюю доску, дверь с рывком распахнулась. Шкаф задрожал и стал заваливаться. Света не успела даже пискнуть, только почувствовала, как по лбу прошлось что-то острое и дернуло за волосы. Она машинально повернулась и, сгруппировавшись, рухнула на пол. Остатки шкафа, как большой монстр, навалились сверху и краем зацепились за кровать, заперев Свету в ловушке.

– Э-э-э-эд! – закричала она и закашлялась. Голос еще после болезни не окреп, грудь сковало от пыли и шока.

– Света! – взволнованный голос Эда стал грубым и низким.

Шкаф зашевелился, и острая боль сдавила голень.

– Эд, я, кажется… – прошептала она, стараясь не паниковать. – Что-то с ногой.

– Я вытащу тебя, потерпи, – проговорил он, опустившись на пол и заглянув в щель. Мягкий свет пролился Свете на лицо. – Держись, слышишь?

Конец ознакомительного фрагмента.