Ярослав…

А интересно, каким он стал… Все так же красив, подтянут и сексуален? Ширина его плеч тогда не просто впечатляла. На всю жизнь Ольге отпечатался этот «пунктик» относительно плеч. Обхватить необъятное… подтянуться, вцепившись острыми коготками, пока он страстно вбивается в нее, пытаясь зачем-то сдерживать дыхание. Но нет! Так еще острее выходит! Она все время хотела ему это сказать. Тогда. А потом забывала. И это сладостное испытание проходило снова и снова. Как хотелось закричать! Сорваться! Исцарапать ему всю спину… Но первая любовь, как ни странно, такая сдержанная. Разве кто-то из них двоих мыслил о чувствах другого? Да нет! Просто отдавались в пламенные объятия страсти…

А вдруг он толстый и обрюзгший? А если у него теперь смешная лысина и забавные профессорские очочки? Выходит, для ее важного «дела» он может и не подойти…

Ольга скинула лакированные туфли на высокой шпильке и, обняв себя за плечи, принялась расхаживать по комнате.

Расфуфырилась, как столичная проститутка. Размечталась. С другой стороны джинсы и майка никак не подойдут. Ей необходимо создать видимость успешной замужней женщины… Еще бы знать, как она, эта самая роскошная, то есть успешная, должна выглядеть. Ольга ведь в ее шкуре не была ни разу.

Шумно выдохнув, решила все-таки сохранить первичный образ. Если спросит, скажет, что не успела переодеться после делового ужина в ресторане… В каком??? Ресторана в их маленьком городке не было! Ок. Она ехала из областного центра. Все решено…

Ага. На своей гнилой «ласточке»… Ой…

Да это просто невыносимо! Как она могла до такого докатиться, в конце концов! За час, наверное, хорошую машину в кредит не возьмешь…

Ольга, остановись. Чего это ради нужно создавать такое уж безупречное впечатление? Может, Ярослав бомж подзаборный? Зачем тогда вообще с ним встречаться? И как только ей не пришло в голову как-нибудь ненавязчиво расспросить его о цели приезда? Заодно и узнать, чем живет и дышит. Неужели в родные пенаты отдыхать приехал?

Все. Хорош. Отставить размышления! Скажет, что ее машинка в ремонте, а эта рухлять, к сожалению, последняя, что осталась в прокате. Сказка, конечно, но кому какое дело?

Снова забравшись на высоту шпилек, почувствовала себя значительно увереннее, чем когда осваивала эти каблуки впервые. А они неплохо сохранились. Да чему там храниться-то, если тот первый раз и был последним. Купила зачем-то. Наверное, чтобы шкаф изнутри украсить. Откроешь, посмотришь, а они там стоят и даже пыли не знают. Дождались, значит, своего часа. Достоялись, родименькие.

Уверенной походкой Ольга покинула квартиру. А на лестничной площадке, машинально запирая дверь, все же боязливо осмотрелась. Да нет никого, конечно. Поздним вечером воскресенья, да еще в такую… непогоду…

Она же совсем забыла, что на улице накрапывал дождь. И накрапывал – это слабо сказано. Моросил и расходился, грозясь перерасти в затяжную стадию непогоды.

Забыла зонт. Конечно… Но твердо решила, что возвращаться не будет – примета плохая. Смешно пробежав на каблуках добрые тридцать метров до стоянки, придерживая облегающее платье и стараясь скрыть шикарный разрез до середины бедра, дернула за ручку уныло припаркованной «ласточки». Нырнула в кабину и с опаской глянула на себя в зеркало заднего вида. Вроде, ничего.

На улице темнело. Как же Ольга не любила ездить по такой погоде и в такое время суток. Из-за постоянной экономии фонари зажигали позже, чем того требовали обстоятельства. Конечно, провинциальные улицы не были переполнены транспортом, бояться в общем-то нечего, но, тем не менее, какой-то страх когда-то поселился и жил внутри Ольги. А потому, добравшись с работы домой, она предпочитала больше не прибегать к транспортным услугам своей «ласточки», по меньшей мере, до утра.

Положив руки на руль, глубоко вздохнула. Нужно непременно чуть-чуть опоздать, иначе ожидать его будет очень неудобно. Типа, торопилась на встречу, сломя голову. Ехать надо было в соседний микрорайон, где и прошло ее детство…

– Лорка, ты же знаешь, я не люблю ходить в клуб, – Ольга отмахнулась и пошла на кухню за яблоками.

– Лёлечка, ну, пожалуйста! Это очень важно для меня. Очень-очень важно, – тараторила подруга. – Там Денис будет. И, возможно, он обратит на меня хоть какое-то внимание.

– Вот именно – возможно, – Ольга уже вернулась в комнату и, поставив на стол тарелку с нарезанными дольками яблок, жестом предложила Ларисе угоститься. – А, по-моему, у тебя нет никаких шансов.

– Я сейчас обижусь! – насупилась подруга, выбирая самую большую и красную дольку яблока. – Могла бы и поддержать. Я уже и книжки перед ним роняла и, знаешь ли, был успех! Он их собрал, а мы-таки познакомились. И теперь при встрече здороваемся.

– Прогреееес, – протянула Ольга, усмехнувшись.

– Так ты пойдешь со мной сегодня? – в глазах Ларисы, казалось, отразилась вся боль русской женщины в послевоенный период, когда с мужчинами была напряженка. Ну, в самом деле. Будто свет клином на нем сошелся.

Этот Денис совсем не нравился Ольге. Насмешливый, наглый, нос кверху и походка пружинистая. Деньгами сорит налево и направо. В школе с учителями ругается, потом неделями не появляется. И скорые выпускные экзамены этого парня мало волнуют. Всем говорит, что в юридический без экзаменов пройдет – связи есть. Парень хорошо одевается, потому что родители чем-то «темным» занимаются. Да об этом весь город знает. Да ну теперь время такое, когда бандитами быть модно. А как иначе прожить? Это только родители Ольги учителя в третьем поколении. Но ей такого же будущего никак не желали. Чего ж хорошего кое-как сводить концы с концами? А потому Ольга должна была поступить на экономический факультет аграрного института. Родители решили, что так будет правильно. И Ольга изо всех сил готовилась к поступлению, хотя и не особо надеялась на результат. Какой финансовой поддержки можно было ожидать от родителей? Никакой. Они свято верили, что их умница Олечка сможет запросто сдать все экзамены на одни «пятерки»…