Свой скудный гардероб я подбирала тщательным образом. В нем была пара юбок ниже колен, несколько серых брюк свободного кроя. Блузки мышиного и темно-коричневого цветов я носила на выпуск и всегда застегивала на все пуговице, не давая даже шанса для постороннего воображения. И всю эту картину маслом венчали черные туфли на низком каблуке из «бабушкиного сундука».

Я смотрела на себя в зеркало и сама не верила в то, что когда-то стоила огромных денег. Сейчас же даже самый замшелый мужичонка не посмотрел бы в мою сторону. Я научилась сливаться с толпой, моя походка стала неказистой и семенящей, подстать всему облику. Научилась быть невидимкой, не встречаясь ни с кем взглядами, опуская голову, как можно ниже, дабы еще больше походить на нестоящий внимания экземпляр.

И вот усевшись на свободное место в автобусе, я в очередной раз не привлекла ничьего внимания. В свою же очередь, благодаря привычке, выработавшейся за последний год с небольшим, я наблюдала за каждым пассажиром, не может ли кто-то из них быть человеком Дане. И каждый раз, когда на мне задерживали взор дольше обычного, сердце начинало биться, как сумасшедшее, а в висках вместе с пульсом стучала мысль: «вот и настал мой конец». Но, человек просто отворачивался, а я еще долгое время приходила в себя.

Глава 2.

Я скользила, словно тень, к своему рабочему месту. Мне повезло найти себе вакансию в архиве, и последний месяц я здесь трудилась. Никто из коллег не заметил мое появление. Эта должность была словно создана для таких серых мышек как я. В мои обязанности входило быть незаметной и очень внимательной, дабы не напутать с формулярами и вверенными нам отчетами, каждая папка должна стоять на своем месте. Несколько раз приходилось получать от руководства за свои ошибки, ввиду недосыпа и нервной истощенности, но, по сути, наш начальник был очень хорошим человеком. Он беспокоился за нас и опекал, словно своих родных детей. Будучи мужчиной в солидном возрасте, но даже он пару раз обмолвился, что мне не стоило бы так мрачно одеваться и следовало бы сходить в салон красоты к хорошему мастеру. И тогда бы моя жизнь наладилась во всех ее аспектах. Если бы он знал, насколько в этом плане наши мысли сходятся. Но мне нельзя горячиться, иначе все труды будут напрасны.

Я еще раз прокрутила в голове то решение, которое приняла несколькими часами ранее, и, убедившись для себя в его правильности, приступила к каждодневному труду.

Но все не может быть настолько радужно, и ложка дегтя обязательно испортит целую бочку меда. Почти каждое утро начиналось с того, что ко мне в архив заходила секретарь директора по инвестициям то за архивными данными, то за свежими изданиями, то за всякой ерундой, которая, я подозреваю, даже не нужна была ее руководителю. Она это делала по собственной инициативе, чтобы был повод встретиться со мной и выдать очередную колкость.

Ее звали Мисси, стройная брюнетка с округлыми формами, которые она ни от кого не скрывала. Ходили слухи, что девушка была любовницей шефа, и именно благодаря этому достижению она оставалась на своей должности уже три года. Но дальше дело не двигалось, а твердо стояло на положенном месте. Но амбиций у Мисси было хоть отбавляй, и она никак не хотела мириться со сложившейся ситуацией. Коллеги шушукались за ее спиной, передавая из уст в уста очередную попытку девушки приручить к себе директора по инвестициям.

Им был мужчина средних лет, давно и глубоко семейный. И в своей жизни он не собирался ровным счетом ничего менять. Его жена прекрасно знала о существовании любовницы, но, как я полагаю, не видя в ней достойной соперницы, спустила все на тормоза, и смотрела на легкое увлечение своего мужа сквозь пальцы. К сожалению, у брюнетки не хватала ума понять и оценить свое положение. И очередная щекотливая ситуация, в которой мог оказаться начальник из-за своей пассии и тем самым заслужить недовольство супруги, могла стоить ей с таким трудом заслуженного места.

И вот она приходила срывать свою злость на мне, как ей казалось, на самом безобидном существе компании.

– Сегодня ты как всегда неотразима, Бон Бон, – едко заметила она. Девушка переиначила мое новое имя Бонна и проговаривала его с таким отвращением, что у нее начинала дергаться верхняя губа.

– Для вас стараюсь, – ответила ей вежливо, что ее взбесило еще больше. Ей требовался выплеск эмоций, скандал, на который меня было тяжело вывести. Напротив, я забавлялась ее поведением и провоцировала ее еще больше.

– Если ты не поняла, то это была шутка. Когда у тебя был последний раз мужик и был ли вообще? На такую образину никто даже не посмотрит, – прорычала она мне это в лицо, перегнувшись через стол, который нас разделял.

– Почему вас так интересует этот вопрос, хотите с кем-то меня свести?

– Еще чего! – усмехнулась она. – Ни один мужчина из моего окружения не воспримет тебя как женщину, будет смотреть, словно на пустое место, в лучшем случае, а в худшем – будет гнобить и надсмехаться. А в прочем, это идея, – задумалась Мисси, если, конечно, ей было чем это делать. – Решено, я приглашаю тебя на вечеринку. Там будет ооочень много красивых парней, возможно, кто-то по доброте душевной трахнет тебя хоть разок, узнаешь, как это быть с мужиком, – промурлыкала она и выжидающе уставилась на меня.