До недавнего времени. И все равно в голове не укладывается, что муж после всего поступил так со мной и детьми.

— Ты думаешь, что они до сих пор вместе и он уйдет к ней? — спросила Соня, когда я поставила перед ней чашку кофе.

— Я думаю, что она у него не одна, — опустилась за стол напротив подруги. — Паша клянется, мол, с этой малолеткой ничего не было. Но есть там еще какая-то блондинка. И если все эти годы он мне изменял… — не договорила и тяжело сглотнула.

Помолчали. Негромко работает телевизор. В ванной гудит стиральная машина, отжимает белье. Пьем кофе, я с надеждой жду какого-нибудь ответа — сама уже просто не понимаю, что делать дальше.

— Прежде, чем какое-то решение принимать, нужно узнать наверняка, — осторожно начала Соня. — Тебе самой легче станет, если будешь знать точно. Тогда и сомнения уйдут.

— Боль останется.

— Она с тобой долго будет, — кивнула Соня. — Но ты хотя бы мучиться перестанешь, правильно ли поступаешь. Проследи за ним.

— За Пашей? — подалась вперед. Волнение и стыд, которые меня накрыли, когда я в телефоне мужа копалась — они вернулись сейчас, от одной лишь мысли, что я буду следить за Пашей.

Помотала головой.

— А какие варианты? — Соня тоже наклонилась к столу. — Ты ему не веришь. В его словах будешь ложь слышать. Нужно убедиться. Проследи сама или найми кого-нибудь.

Кофе допивали, болтая про будущий сад Сони. Попрощались с подругой, я приготовила ужин, забрала Лику из школы. Вместе с дочкой прошлись по магазинам, и домой вернулись только к вечеру. Глеб приехал из универа, когда совсем стемнело, буркнул, что не голодный и хлопнул дверью своей комнаты.

— С этой гадиной виделся, — прокомментировала Лика поведение брата. — Ух, я бы ей врезала.

— Прекрати, — попросила.

— И ей, и папе, — не успокоилась дочь.

— Лика, — протянула с предупреждением.

— Ну что? — она отодвинула тарелку и вскочила со стула. — Ты тут плачешь, а они там смеются, гады.

— Я не плакала.

— Ага, я ночью все слышала. Пусть им… потолок на голову упадет! У-у-у, ненавижу!

Вздохнула. Сложила руки на столе и спокойно попросила.

— Лика, сядь и доешь, пожалуйста.

— Не хочу, — уперлась дочь. — Я к Глебу пойду. А этот, — ткнула она пальцем вверх, — пусть подавится.

— Угомонись, — потребовала жестко. И тут же смягчилась, сменила тон. — Доченька. Ситуации в жизни разные бывают. И то, что случилось с нами — еще не самое страшное. Главное — не обозлиться. Я хочу, чтобы вы у меня хорошими людьми выросли.

— А папа почему плохой?

— Папа не плохой. Просто нехорошо поступил.

Дочь морщит лоб, соображая. А я не знаю, что ей еще сказать. Паша всегда был отличным отцом, дети его обожали. Но сейчас я могу думать лишь о его предательстве.

— А почему… — начала Лика и замерла. Я тоже.

Звук идет из прихожей, кто-то открывает ключом дверь. Негромкий скрип, за ним приглушенный хлопок. Переглянулись с Ликой.

— Там кто? — дочь нахмурилась.

— Постой, — поднялась из-за стола и вышла из кухни. Свернула по коридору и остановилась.

В прихожей Паша, он уже разулся. Бросил на вешалку пиджак, повесил дипломат. Заметил меня. И потянул носом.

— На ужин мясо с грибами? — угадал он. — Добрый вечер, Ася. Лика, привет.

Дочь остановилась у меня за спиной. Из-за моего локтя выглядывает. Молча смотрит на Пашу. Я растерянно тереблю рукав блузки.

Не ожидала, что муж заявится домой. Еще и дверь своими ключами откроет. Он по-хозяйски свернул в ванную, оттуда послышался плеск воды.

— Ты его позвала? — шепнула дочь.

— Нет.

— Я пошла делать уроки, — Лика задрала подбородок. Скрылась в своей спальни хлопнув дверью, как это сделал Глеб.

Паша появился из ванной, на ходу вытирая мокрыми руками лицо.

— Зачем пришел? — шагнула навстречу.

— Это мой дом, а вы моя семья, — отрезал муж. Приблизился. — Ася, пора прекращать, тебе так не кажется? Почему я должен жить в другой квартире, когда вы здесь? Я хочу общаться с тобой, с детьми. И есть. Покормишь?

Он спросил про ужин так просто, словно не было этих дней и разговоров о расставании. Прошел в кухню.

А я осталась стоять в коридоре. И вспомнились слова Сони. Проследить за ним, чтобы убедиться и больше не мучаться. Либо поверить мужу, либо закончить все, вычеркнуть и не жалеть.

Глава 14

Покормишь…

От злости я закипела, едва Паша высказался и вошел в кухню.

Он же не был таким раньше! Наглым, бесчувственным, абсолютнейшим чурбаном — не вёл он себя так! Таким был мой отец, но никак не Паша.