Шрифт:
– Во-первых, мне непонятно, с какой компанией я должна сидеть за одним столом. Во-вторых, что это за запах крестьянской пищи?
– В-третьих, если тебя не устраивают первые две вещи, можешь позавтракать после нас.
– Ты меня выгоняешь? Александр, что с тобой происходит? Ты совсем сошёл с ума? Завтракаешь в компании проститутки и её выкормоша. Или эта девка так хороша в постели, что ты решил сделать её постоянной любовницей? Ну что ж, поздравляю! Перешёл на малолетних шлюшек, совсем заигрался, подонок!
– Госпожа, пожалуйста, не подумайте ничего такого. Мы просто говорили все утро, и господин пригласил нас позавтракать. А моя дочь, моя дочь… она не имеет ничего общего с Вашим мужем.
– Да он вас обеих так же похерит как и меня, как всех остальных. Он не задерживается ни на одной. Даже любовницу завести себе не может. Все мало ему. Это изверг, который не умеет любить. А ты, маленькая шлюшка, пошла вон из-за стола…
– Мадам, не надо говорить о моей дочери такие вещи. Она ни в чем не виновата.
Аккуратно положив салфетку на стол, Александр встал из-за стола. Спокойным взглядом он показал двум гостьям, чтобы они оставались на своих местах. Подойдя вплотную к жене, он взял её под руку и увел из гостиной. Она кричала, обзывалась, то и дело оскорбляла дочь Мадины и сам танцовщицу.
– Как Вам нравятся мои блинчики? – Мадлен поспела вовремя. Гостьи сидели расстроенные. Мадина и Аиша смотрели друг на друга, не понимая, почему госпожа так разозлилась на них.
– Вкусно. Очень вкусно, – сказала Мадина и пригубила гранатового сока.
– Но, вы ничего не съели. Это не дело. Пожалуйста, угощайтесь. По секрету скажу, что сегодня впервые я подала к столу блинчики и булочки с маком. Сам господин попросил меня об этом! – услышав это, маме и дочке стало спокойнее. От теплого голоса Мадлен, им передалось её спокойствие и душевное равновесие.
Конец ознакомительного фрагмента.