Шрифт:
Тот же шофер отвез ее обратно домой. Вся ее жизнь, с того самого момента, как заболела мама, кажется ей чем-то сюрреалистичным. Все это время она жила, как в тумане. Она практически не спала, не ела. Она просто не могла дать маме умереть. И то, что произошло сегодня – этот совершенно посторонний человек, просто так дал ей денег. Пусть кредит. Но дал. И это событие смогло вписаться в ту цепь событий, которые в последнее время и стали полотном ее жизни. Родной Олег ушел, зато появился чужой Олег, который, кажется, стал светом в окошке.
Утром ей дали кредит. Она видела, как на нее смотрели сотрудники банка, когда она заключала кредитный договор.
–Подпишите, здесь и здесь. – Молодой парень удивленно смотрел на Асель, и зачитывал условия кредита. – 3 процента – ваша кредитная ставка. Индивидуальные условия позволяют вам выплачивать кредит не ежемесячно, а с задержкой до 2 месяцев. – Банковский сотрудник поднял глаза на юриста. Тот кивнул. – Залога нет, поэтому …. – он даже не знал, что еще добавить.
–Да, все верно. Залога не будет. Кредитная ставка 3%, отсрочка до 2 месяцев тоже без пени и процентов. Если все верно, прошу вас, подписывайте.
Асель получила кредит. После обеда деньги были переведены в Германию. На завтра была назначена транспортировка мамы в госпиталь в Дрездене.
Девушка позвонила Лере.
–Лера, добрый день… – она не успела договорить.
–Да, я знаю, что ничего не вышло. Я так и знала, что ничего не получится.
–Ты как-то пострадаешь? – Асель было все-таки неудобно.
–Нет, все хорошо. Клиент, оказался адекватным. Сказал, что все было обоюдно. И вы просто вдвоем решили, что не готовы к такому шагу. – Лера говорила немного удивленно. – И как ты не переспала с ним? Я бы сделала это за просто так.
Асель молчала.
–И что ты теперь будешь делать? Я не смогла тебе помочь.
–Лера, ты мне помогла. ТЫ, кажется, дала моей маме шанс.
–В смысле?
–Можно, я объясню тебе все потом. Спасибо тебе еще раз. Ты мой ангел-хранитель, – Асель повесила трубку.
Она зашла на кафедру и написала заявление на административный. Она понимала, что не сможет оставить маму одну. Она даже не представляла, как она будет общаться с врачами, где она будет жить, как вообще она сможет что-то понимать, если немецкий она изучала только в школе, а английский знала и того меньше. Заявление было написано, она вернулась домой. И на следующее утро они уже летели с мамой в Дрезден.
Клиника была небольшой. Их встретили в аэропорту. Мама практически всегда спала. И чтобы она перенесла хорошо полет, ее накачали снотворным.
А потом все было как во сне. Клиника, палата, грубая немецкая речь, которую она не понимала. Потом кто-то включил ей онлайн переводчик, и она стала переводить каждую фразу врача. В палате мамы она спала на диване. Здесь не было 2 местных палат, потому что тяжелые пациенты не могли находится с другими больными в одном помещении из-за сниженного иммунитета. Поэтому Асель осталась с мамой и спала на диване. Первые 3 дня ее возили на обследования, брали кровь, целый консилиум врачей о чем-то долго совещался. На 5 день, к ним пришел врач. Он говорил на ломаном, но русском языке.
–Асель, добрый день. Я доктор Янг. Я ваш лечащий врач. – Он держал в руках мамину карту.
–Я так рада, что вы говорите по-русски. – Асель улыбнулась. Она вообще стала чаще улыбаться, после того, как незнакомый мужчина просто так дал ей кредит, после того, как меркантильная менеджер Лера вдруг стала ей так близка, как настоящая подруга. Она ощутила, что она не одна, и что это Бог подает ей знаки. Она верила, что все будет хорошо.
–Да. На этом хорошие новости заканчиваются. –Доктор Янг посмотрел на дверь. – Пойдемте, прогуляемся. Вы слишком бледная. А вам нельзя болеть.
Они вышли во двор клиники.
–Около клиники есть небольшой парк, пойдемте, прогуляемся.
–Да, конечно, – Асель была рада, что, наконец-то, она видит деревья, птиц, желтое солнце, чувствует жизнь, обычную жизнь, которую раньше принимала, как должное, а теперь, когда палата, белые стены и запах больницы стал практически ее домом, она была так рада вырваться отсюда, и снова попробовать жизнь на вкус.
–Мы провели все необходимые исследования.
–Да, спасибо вам. Я вижу, что маме как будто стало легче. Она уже не кричит.
–Ей не стало легко. – Доктор Янг говорил на ломаном русском, но и так она прекрасно его понимала. – Мы просто вводим ей хорошие обезболивающие. Но, как только мы перестанем это делать, все вернется обратно. Опухоль головы снова вернулась. Она не операбельная. Мы просчитались. И показатели крови, которые есть сейчас – они очень нехорошие. Они плохие. – Доктор Янг не смотрел на Асель, он наблюдал за природой.
–И что же делать? – Асель остановилась. – Вы же говорили…
–Да, мы полагались на ту историю болезни и снимки, которые выслали нам врачи из России. Мы думали, что все так, как нам показали. Но, наши исследования дали другой результат. Мы можем только провести повторный курс химии и радиотерапии. Но, они могут убить вашу маму. Говорю честно.