– Не против, если на ты? – Игорь, словно само собой разумеющееся, распахивает передо мной дверцу автомобиля. А вот это мило! Знак внимания засчитан. Ну как знак… значок. И, тем не менее, приятненько.

– Я только за.

Игорь устраивается на водительском сиденье, идеальная кисть опускается на рычаг переключения скоростей. Да, руки у него хороши – в меру широкие ладони, сильные узловатые пальцы, мужественные запястья… тьфу ты чёрт! Мужественные запястья!

Мне надо это как-то развидеть! Нельзя воспринимать мужчину через призму его внешности! Что угодно, только не это!

И я прихожу к совершенно естественному выводу: мне надо узнать его получше. Надо разобраться, что он из себя представляет, позволить ему продемонстрировать свои человеческие качества, позволить поступкам заслонить собою внешность – вот тогда всё встанет на свои места! Вот тогда я перестану волноваться от одного его присутствия.

Но пока держу ухо востро – увы, такие парни в современном обществе просто обязаны быть самовлюблёнными эгоистами! У них, по сути, даже выбора нет.

А я просто не в состоянии любить самовлюблённого эгоиста, каким бы шикарным он ни был – уж это-то я про себя знаю.

Если уж на то пошло – одиночество меня в принципе не особо страшит. Гораздо страшнее – связаться с человеком, который тебя не достоин. Себя уважать перестаёшь. И долго потом в себя приходишь… Зато больше уже ни на внешность, ни на красивые слова не ведёшься. Ну, почти…

– Почему ты к нам устроился? – с вежливым любопытством интересуюсь я.

– Ну… у вас была вакансия, мне нужна была работа. А что?

– Да ничего, так просто… – не говорить же ему, что, на мой взгляд, работа снабженца никак не вяжется с его имиджем.

– Слушай, – тем временем обращается он, – а там, на Петрозаводской, директриса, она что, какая-то… – он мнется, подбирая вежливое определение, – сложная?

Я прищуриваюсь и пару секунд задумчиво изучаю его профиль. Что ж, вот и представился первый случай выведать, что он за человек.

– Сложная – не то слово! Самодура, истеричка, нервотрёпщица, и, наконец, она просто стерва! – честно отвечаю я.

– Ого, как ты её!

– Да уж как есть. Абсолютно придурочная баба! Знаешь, из тех, кто получает кусочек власти и начинает использовать его для того, чтобы портить жизнь другим людям. Она когда-то обычным врачом была, на «скорой» пахала, и, говорят, даже с головой дружила, а потом села в кресло руководителя, и всё… Не смогла пережить собственный успех. До сих пор колбасит её – по поводу и без напоминает всем и каждому, кто тут главный.

– Да уж… И как же её, такую, в начальницы-то пустили? – иронично поднимает брови он. Ну ничего, вот познакомится с ней поближе, и поймёт, что я ни слова не преувеличила.

– А это её суперспособность, – пожимаю плечами я. – Если ей надо, она умеет быть очень милой – фиг поверишь, что на самом деле монстр. Перед хозяином сети заискивает так, что могла бы курсы вести: «Как подлизаться к боссу за три с половиной минуты». Врачам в глаза улыбается, а за глаза запросто может пакость сделать, но предпочитает чужими руками. Администраторов вообще за людей не считает.

– Хм… спасибо за откровенность.

– Да не за что, обращайся, – а про себя думаю: «Заодно и посмотрим, «сольёшь» ты эту информацию, или оставишь при себе. Мне-то что, даже если Валерия Петровна лопнет от злости, я только рада буду. Она мне не начальница, в самом крайнем случае отболтаюсь, скажу, что новенький меня не так понял. Зато, если меня вдруг начнут «полоскать» за нелицеприятные высказывания, сразу станет понятно, кто тут крыса в красивой подарочной упаковке…».

– Ты поэтому не в настроении?

Ух ты, надо же, заметил! Внимательный, однако.

– Да, поэтому, – признаюсь я. – Нет у меня никакого желания тратить выходной на работу на Петрозаводской! Тем более что меня никто заранее не предупредил, я даже позавтракать не успела!

– Сочувствую, – он хмурится, притормаживая и пропуская автомобиль, перестраивающийся в плотном утреннем потоке. Я совсем некстати ловлю себя на желании разгладить пальцами «сердитку» на его лбу, залёгшую между бровями после того, как нас подло и опасно подрезали справа.

Чуть погодя Игорь сворачивает на заправку, и я в боковое зеркало наблюдаю, как он орудует заправочным шлангом. За ним невозможно не наблюдать! Я вот как-то раз слышала, что любая красота рано или поздно приедается. Интересно, так ли это?

Мне на ум приходит Анастасия. Помню, когда в первый раз увидела её, в голову сразу пришло: «Вот это богиня!». Но впечатление развеялось очень быстро – мне хватило пары часов общения с ней, чтобы пелена её божественности навсегда спала с моих глаз.