Шрифт:
– Анюта, солнце, я надеюсь ты придешь на мою первую большую презентацию? – заискивающе поинтересовался он, обрубая мне все пути к отступлению.
– Миш, я… Я не могу, – попыталась отказаться, чувствуя как на глаза невольно наворачиваются слезы.
– Уважительной причиной я сочту лишь реанимацию или твое замужество! – заявил Миша тоном не терпящим возражений.
– Понимаешь, там будет кое-кто, кого я не готова видеть.
– Ты про Генриха? Он в Германии, так что можешь смело приезжать! Давай, ленивая жопка, жду тебя, до встречи!
– Пип-пип-пип… – он повесил трубку, а я сидела и слушала гудки.
Его не будет. Чертов немец!
Интуиция расправила свои тонкие пальчики и острыми коготками вцепилась в мои нервы. Ох, не закончится этот показ ничем хорошим…
ГЛАВА 3
Генрих
– Криста, перестань на меня орать! – я уже не знал куда деть телефон. Говорить с этой женщиной было и без того трудно, а сейчас, после развода, еще сложнее. Кристина Васильева – бывшая модель, запрыгнувшая в мою постель и чудом ставшая женой. Вернее, каким-то сказочным проклятием для меня.
– Что значит перестать орать? Ты оставил меня без средств к существованию! Беременную! – она сорвалась на визг, а я невольно отодвинул трубку подальше от уха и поморщился.
– Слушай, можно подумать, это ты меня с любовницей в постели застукала, а не я тебя с этим… боровом!
– Он меня силой взял! – она снова попыталась втереть мне свои нелепые оправдания.
– Мы это уже обсуждали. Я минут десять стоял и подпирал дверной косяк. Когда кого-то насилуют – так не стонут. Ты же вела себя как настоящая подстилка!
– Не смей меня оскорблять, – возмутилась Крис.
– Сильнее, чем ты меня, вряд ли получится! – старался отвечать максимально спокойно и сдержанно, все-таки может статься, что эта гадина и вправду беременна, правда, точно не от меня.
– Генрих, перешли мне на карту, ну хоть немножко… Мне на маникюр надо… – голос из угрожающего стал елейно-ласковым.
– Я оставил тебе квартиру и работу в компании. Хватит с тебя. Научись жить на зарплату, – вздохнул и повесил трубку.
Чертова девка! Вот и угораздило же меня, пять лет назад, жениться на ней?!
Я прошелся по кабинету, уселся в кресло и достал старый выпуск журнала. С обложки мне улыбалась шикарная брюнетка. Серые глаза, пухлые, манящие губки, идеальный, прямой носик. А фигура… Еще с первой нашей встречи на кастинге эта девочка запала мне в душу. И вот, я как последний идиот, одиннадцать лет храню ее фотографии и разговариваю с ней, словно она может мне ответить, но нет же!
Аня… Егоза и заводила. Куда же ты делась? Корпоратив, прекрасная ночь, горячие губы, невинность, тепло ее хрупкого тела… Потом срыв показа, срочный отъезд, другой, третий. Все рушилось и я спасал компанию, а надо было спасать свое сердце.
В итоге потерял ее. Она просто исчезла. Я искал, даже ходил к ней домой…
Мать моей пропажи сказала, что Аня умерла… Неделю тогда не мог перестать пить. Хорошо, что у меня был зам, заставивший меня поговорить с моим отцом. Не знаю, что со мной было бы и до чего дошел бы, не подставь они мне свои плечи.
Если бы я тогда дождался, пока она проснется, если бы удержал ее…
– Крокодил зеленый, не занят? – Тимур, мой заместитель и исполнительный директор агентства «Stella», заглянул в кабинет.
– Заходи, – захлопнул ящик стола и встал, словно школьник, застуканный за непристойным занятием.
– Опять рассматривал свою беглянку? – спросил он, плюхнувшись в кресло напротив.
– Она не сбежала. Аня умерла! – покачал головой и снова плюхнулся в кресло. – Мне Крис звонила. Абортом угрожала.
– Стерва! Нагуляла, так сама пусть теперь развлекается. Зачем ты вообще с ней разговаривал? – не стеснялся в выражениях Тим.
– А если ребенок все же мой? – нажал на кнопку, вызывая секретаршу: – Маша, два кофе нам.
– А ты впадал в беспамятство? – он смерил меня взволнованным взглядом.
– Нет… Наверное. Но Крис бывает убедительна.
– Родит – сделаешь тест на отцовство и выяснишь. А до этого момента, я бы с ней не общался, – Тимур развел руками. Ну да, с его кобелиной натурой все действительно было просто. По опыту, так сказать, советовал. Трем бывшим исправно платит алименты на детей.
– Я так не могу, – покачал головой и потер виски.
Секретарша вошла в кабинет и поставила нам кофе.