– Что дальше? – Орнелио нервно постукивал пальцами по столу, чем нервировал меня еще больше. Что я здесь делаю??! Зачем этот ненужный разговор?!

– Дальше я заступилась за Роя, а Корн оттолкнул меня. Тогда Рой решил ударить его. Вы же знаете! – я вскочила со стула, – он такой худой и маленький!! Корна ему было никогда не одолеть.

– Сядь пожалуйста! – строго произнес Орнелио. – Насилие – это очень плохо. Не надо было вообще никому драться.

– Корн первый начал! – я села, нервно дергая ногами. – Я всего лишь проходила мимо. Зачем он меня схватил? Зачем бил Роя? Почему вообще он всегда ко мне лезет? – я повернулась к Корну, вопросительно смотря на него.

Его голова медленно повернулась ко мне. Самое странное, я не видела на его лице злости, а только какую-то растерянность.

– Корн, ты часто задирал Элли? Почему ты это делал?

– Я её не задирал. – он нервно отвел взгляд от меня.

– А как же тот большой синяк на боку несколько недель назад? – я была готова расплакаться, но решительно держалась. Вдруг сейчас всё проясниться? Вдруг Роя вернут и все станет как раньше, а может даже и лучше.

– Что за синяк Корн? – Орнелио нервно встал. Он был уже стар и ему, видимо, было тяжело разбираться с таким, как сейчас. Но он был единственным преподобным в нашем городе и был обязан провести беседу с нами, вот только я не понимала, почему он решил поговорить с нами сразу вместе.

– Это случайно. – буркнул Корн.

– Случайно?! – вскрикнула я от такой несправедливости, – ты кинул меня на грабли!!

– Я кинул тебя в солому! Я не знал, что там грабли!

– Это ведь не первый случай, Корн. Помнишь, как ты ударил меня клюшкой? Хорошо что была зима и моя шуба спасла меня от перелома.

– О чем ты вообще, девка?!! Какой перелом?!!

– Достаточно!! – рявкнул преподобный и сел назад за стол. – Я хочу, чтобы вы попросили друг у друга прощение. Бог велел нам прощать и любить ближних своих. Я хочу, чтобы вы простили друг друга и изменили взгляд друг на друга. Больше никаких задираний и побоев. Корн?

Корн встал и непонятно уставился на Орнелио. Это был очень смешной момент. Корн никогда ни у кого не просил прощения. Интересно, как он выкрутиться в этот раз.

– Сделай это первый, как мужчина. – я еле сдержала улыбку.

– Пусть лучше она будет первая и вообще, я ни в чем не виноват!

– Корн!! Не вынуждай меня беседовать с твоим отцом. – я видела, как потемнели карие глаза Корна.

Он медленно повернулся ко мне и с трудом произнес:

– Извини.

– Элли?

– Извини.

– Вот и хорошо. Я хочу, чтобы вы не держали друг на друга зла. Поэтому, раз в неделю после службы вы будете беседовать тут со мной, или делать совместную работу. Как выберете.

Я видела, как недовольно сморщился Корн. Я была того же мнения. Работы мне и дома хватало, а разговаривать с ним мне было не о чем.

– И долго нам так разговаривать? – бросил Корн.

– Посмотрим. Как только я увижу, что вы действительно простили друг друга, то мы закончим.

Значит это навсегда. Потому что я никогда не прощу Корна Дейли!!! Наглеца и подлеца, из-за которого выгнали моего Роя!! Никогда ему это не прощу!

– Сейчас вы можете идти. Жду вас в следующее воскресенье.

С этого дня я разлюбила все воскресенья. А ведь это был один из моих любимых дней. В этот день мы не работали и часто бегали с Роем в город. Иногда таскали яблоки или просто развлекались. В этот день мы проводили больше всего времени вместе.

Вздохнув, я вышла вслед за преподобным и Корном. Тот с отцом ещё о чем-то беседовали с преподобным, а меня Эмма просто выслала из церкви.

Выйдя на улицу под серое хмурое небо, как и моё настроение, я села на мокрую лавку. Сверху падала какая-то мокрая пыль, а ветер задувал эту пыль прямо в моё лицо, мешая нормально дышать. Эрик прошел ко мне и молча сел рядом.

Через некоторое время вышел городничий с Корном и прошел мимо, не смотря на меня. Только Корн обернулся, странно посмотрев.

Затем вышла Эмма с мальчиками и Кристи.

– Идем. – бросила она, и мы с Эриком последовали за ней в сторону дома.

ГЛАВА 3

Следующая неделя ничем не отличалась от предыдущей. В то воскресенье я так и не смогла выйти из дома. Как мне сообщили, я теперь наказана и в город пока мне нельзя. Может преподобный знает новый адрес Роя и скажет мне. Решено было спросить у него в ближайшее воскресенье.

Наступивший воскресный день выдался очень солнечным. В воздухе пахло мокрой листвой. От такого мое настроение улучшалось. Постепенно я привыкала быть без Роя. Я жила надеждой на будущее. У меня была цель и это спасало меня от уныния.

После службы мы снова сидели в той же комнате и слушали речи Орнелио. Он рассказывал нам о том, как нужно жить и думать. Я почти не слушала его, летая мыслями далеко отсюда. Я представляла себя в другом городе и Роя рядом со мной.

– Элли? Ты меня слышишь? – я очнулась от голоса Орнелио пытаясь понять, о чем он говорил.