А вдруг он извращенец?

А ты разве нет?

Я заткнула наконец свой внутренний голос и ответила на звонок с незнакомого номера.

– Олеся?

– Да, слушаю.

– Это звонят из банка Тинькофф. Сообщаем вам, что все ваши долги выкупила компания «Андерсон».

Я задохнулась от такой новости и телефон чуть не выпал из моих рук. Андерсон, значит Прохор Петрович. Разве так можно, подумала я, и тоже самое спросила.

– По договору, если существует, просрочка более девяноста дней, мы имеем права отдать ваш договор взыскательному агентству.

– Но Андерсон…

А, бесполезно. Задавать вопросы работникам банка себе дороже. Они все равно нальют в уши воды.

Оставалось понять, зачем это было нужно Прохору Петровичу.

Я почувствовала жар во всем теле, а именно внизу живота и между ног. Скоро там окажется елда, судя по размеру моего тайного резинового друга, сантиметров двадцать пять, не меньше.

Я посмотрела на себя в зеркало. Оттуда выглядывала, уставшая женщина тридцати лет с темными волосами и яркими синими глазами.

Немного, полноватая, на мой вкус, да и на вкус мужа. Но талия тонкая, да и грудь очень даже ничего.

Немного поразмыслив, я набрала номер своей давнишней подруги.

Пришло время отдавать долги.

– Киса, привет.

– Олеська! Сколько лет! Что надо?

Киса, то есть Катя не особо церемонилась с друзьями.

– Ты еще делаешь депиляцию воском? – со вздохом спросила я.

Глава 5. Прохор

Она не пришла.

Я злился.

Даже не потому что, она не приняла условия, а потому что не позвонила.

Ну что ж. Не мытьем, так катаньем.

Я сидел к столу спиной, потягивая кофе и осматривая город, раскинувшийся передо мной за панорамным окном.

Где-то там она. Олеся.

Мягкая, умелая Олеся. То, что она хотела меня, отрицать глупо.

С таким вдохновением не берут в рот даже профессионалки за пару зеленых купюр.

Жадно, словно кошка, получившая после долгих скитаний жирную сардельку.

Я взглянул на свою, она уже упрямо заявляла о своем желании. Разбухала, распирала брюки.

Я отставил кофе и освободил её, расстегнув ремень и ширинку.

Порой, пока удовлетворяешь себя, думается лучше. Водишь по члену рукой, сжимаешь и мозги прочищаются.

Я, таким образом, принял немало важных решений. Вот и сейчас пока, я стал водить по стоящему колом пенису все быстрее, толкался в руку, и сжимал от напряжения челюсти, чуть нагибаясь, ко мне пришло озарение.

Она хотела меня.

Я хочу ее.

Надо просто найти повод для встречи. Повод, сделать ее своей. Подчинить и распластать на первой попавшейся поверхности.

Чаще всего таких поводов три.

Похоть, жизнь или бабло.

Она искала высокооплачиваемую работу, значит надо начать с последнего.

Представляя ее круглое личико, вздернутый носик и пухлые губки, я стол долбиться в руку с яростным остервенением, а вскоре ощутил мощный прилив удовольствия.

Поясницу жгло, а в мозг били яркие импульсы экстаза.

– Да-а, – только и выдохнул я, встряхнувшись от того как напряжение спало, а голова стала пустой.

Дотянувшись до стола, я взял салфетку и вытерся. Немного осталось на пальцах и я, вспоминая, как Олеся сглатывала мою сперму, слизал их.

Я сразу позвонил Доронину Саше.

Он у меня всеми финансами заправлял. Мировой человек. Глубоко семейный, и с детьми.

– Мне не надо ничего личного. Мне совершенно похеру, как звали ее первого ебаря и мертвую собачку. Только денежная сторона. Долги ее, и ее мужа.

– Наверное спрашивать, нахуя тебе это, не стоит? – насмешливо поинтересовался Саша, уже стуча пальцами по клавиатуре своего макбука, забивая фамилию Олеси.

– Не стоит, – произнес я раздраженно, и сбросил вызов.

Время было, поэтому я завершил текущие дела, назначил несколько важных встреч. Газовики совсем охуели. Хотели поставку товара раньше оплаты.

А еще я отшил шлюшку, с которой трахался последние пару месяцев. Она такая нежная лань, что просто выбесила меня своими вскриками, когда я сжимал титьку чуть сильнее или долбил членом матку. В жопу она так вообще давать отказалась.