Private-Bookers
Тала
вернуться

Мусатова Лина

Шрифт:

– Только – только я нашёл в мире душу, которую столько искал, и сразу же потерял. Как же коротка была моя радость, каким же коротким было моё счастье.

– Не отчаивайся. Душа моя с тобой. Я чувствую, что наши души родственны и что мы, может быть, знали друг друга в прошлой жизни, поэтому им так тепло и уютно вместе.

– Тебе, правда, тепло со мной?

– Правда. Но это ещё ничего не значит. Сердце любит другого.

– А ты уверенна, что это любовь?

– Ты меня так допрашиваешь, как будто сам любишь меня. Ты знаешь меня всего два дня.

– А сколько ты знаешь своего мальчика?

– Больше года.

– С первой же секунды, когда встретились наши взгляды, я понял, что мы знали друг друга. Где и когда, не знаю, но знаю, что встречались, что это встреча после долгой разлуки. Между нами пошло такое тепло, какого я ещё никогда не ощущал в жизни. Такое просто так не бывает.

– Тепло я тоже почувствовала и ещё подумала: «Любовь с первого взгляда?»

– Вот видишь! Ты разберись со своим мальчиком, а я подожду.

* * *

Ночью ему снилась Ната, но не такая, как сейчас, а в татарском курене и в далёком прошлом. Проезжая мимо татарских юрт, заметил в одной приоткрытый полог, а над ним глаза… глаза, запавшие в душу на всю жизнь. Он видел их всего мгновение, но ему было достаточно, чтобы понять – жизнь без этих глаз не имеет смысла. Сейчас она провожала его в очередной поход – любимая, любящая и ожидающая. Во всех походах, во всех битвах сопровождал её образ, её глаза. Но он видел только глаза, и глаза были Натины: раскосые, чарующие и притягивающие необыкновенной силой влюблённого взгляда.

Тонкий серп полумесяца висел над минаретом и чётко вырисовывался в ночном мраке. Мусульмане, кто они такие, какому богу молятся?

Он был опытный воин, видевший немало сражений, не боявшийся опасности. Ни один раз сабля врага взвивалась над ним, копьё пробивало щит, стрелы впивались в кольчугу, барс терзал тело, настигал тигр, смерть реяла над ним, застилая глаза чёрным туманом, а он полон сил сидит верхом на своём любимом Джеджи и отправляется в новый поход. Что ещё может испугать его? Поступь Джеджи горячит кровь, сабля просит подвига, а степной ветер подгоняет вперёд.

Днём февральское солнце ослепительно сияло и пригревало макушку планеты. Она, распаренная, дышала полной грудью, выдыхая ароматы степи. Ночью лужи замерзали, земля твердела. Узкая тропа вилась между холмами по глинистым такырам [1] .

Перед войском по пути следования по ночам мчались разведчики с пылающими факелами. Останавливаясь на холмах, огнями подавали сигналы, чтобы отряды не сбились с тропы и не перемешались.

Передовые татарские разъезды рыскали по степи, сталкиваясь с небольшими отрядами мусульман, проверяя на них остроту и тяжесть мечей, и точность полёта стрел. Основное войско ждало, когда откроются от снегов перевалы, и можно будет спуститься с гор в долины Ферганы. Войско двигалось бесшумно: не ржали кони, ни звенело оружие, никто не осмеливался запеть песню, зная, что соблюдается режим тишины, хотя до городов, которые они должны взять ещё далеко. Отряды держались на определённом расстоянии друг от друга так, как это делалось всегда в походах. Останавливаться разрешалось на короткое время по общей команде. Воины засыпали прямо на земле у передних копыт коней.

1

Такыры – незасыпанные песком пустыни глинистые места.

С наступлением мутных сумерек, усиливалась опасность нападения. Особенно по ночам появлялись туркменские всадники на длинноногих конях. Они неожиданно вылетали из-за холмов, врезались в ряды, нарушая их и производя смятение, и так же быстро исчезали, волоча на арканах пленных. Он был весь – внимание. Главное – успеть увернуться от аркана или разрубить его саблей. В этом опасном походе, как и в предыдущих, его сопровождали глаза любимой. Они и сейчас были перед ним, сияя любовью и светом из мрака ночи. Они его ждали… и он должен вернуться живым.

Он проснулся с осознанием того, что должен беречь себя для этих глаз, чтобы они могли всегда его видеть живым. Это были глаза Наты, жёлто-зелёные, искрящиеся рассыпающимися искрами. Что это? Он их видел и знал уже когда-то? Так вот откуда азиатские следы на её европейском лице! Вот откуда у неё татарский взгляд! Как понять этот сон? Вчера засыпал с чувством горечи и отчаяния, а ночью его утешала надежда: она любила его, она ждала. Он жил ради этих глаз, ради того, чтобы вернуться к ним.

* * *

Когда Ната пришла с прогулки в комнате была только Люба. Она уже спала, отвернувшись к стене. Спали «валетом» на одной кровати. Кровать была широкая, они худенькие и места им хватало. Тихонько переодевшись, чтобы не разбудить подругу, осторожно легла. Сон не приходил. Переполненная эмоциями такого необычного вечера, перебирала в памяти фразы. По несколько раз повторяла их, наслаждаясь интонациями голоса мальчика, явно влюблённого в неё по уши. Его слова для неё были музыкой. Они лились так нежно и так обворожительно, что сердце таяло от его звуков. Её будущий муж говорил чётко, отрывисто, даже чуть грубовато… совсем другая речь. А эта, непривычная разливалась в душе сладостным и волнующим нектаром, растекаясь в самые потаённые её уголки. Её душа к нему стремилась неудержимо, но ум… он говорил ей другое. А душа воспаряла в небеса при звуке его голоса, такого мягкого, проникновенного и обволакивающего негой с пят до головы.

  • Читать дальше
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • 7
  • 8
  • 9
  • 10
  • 11
  • 12
  • ...

Private-Bookers - русскоязычная библиотека для чтения онлайн. Здесь удобно открывать книги с телефона и ПК, возвращаться к сохраненной странице и держать любимые произведения под рукой. Материалы добавляются пользователями; если считаете, что ваши права нарушены, воспользуйтесь формой обратной связи.

Полезные ссылки

  • Моя полка