– Я бы предпочла, чтобы прежде чем тащить человека куда-то, некоторые дожидались бы его согласия, – я забрала кружку с водой из рук паренька и с жадностью допила. – Не понимаю, зачем мне всё это показывать. Я не верю в это. Гипноз? Наверняка…

– А дама-то с юмором или сумасшедшая? – в разговор вступил крупный мужчина, который стоял чуть поодаль. У него была такая же форма, как у молодого, только на груди красовалась нашивка с какими-то буквами из неизвестного мне алфавита. И в ухе была другая серьга, со звездой. Волосы темные, коротко стриженные, борода такого же каштанового цвета, как и волосы. Голос низкий и грубый, он явно много курил.

– Давайте без оскорблений, я не по своей воле тут, – огрызнулась я. Компания подозрительных мужиков. Кто знает, что можно ожидать от них, а я даже не знаю, как отсюда выбраться.

– Можете встать? – Рей подошел ко мне и помог подняться. Ноги были как ватные, но я смело поднялась и, отказавшись от помощи, пошла вслед за ним, – пойдемте, я покажу вам то, о чем говорил. Вот мой мир.

Оказалось, что я сидела, прислонившись к дереву, которое стояло на вершине холма, далеко вниз простирался небольшой лесок, а за ним поле и река. По одну сторону реки земля была располосована рвами и насыпями, ближе к лесу виднелись другие укрепления, между ними постоянно сновали люди в зеленой форме, как муравьи. Слышались выстрелы, вой орудий, вспыхивали и угасали огненные облачка, оставляя за собой след из дыма. Летали те самые серебряные копья. А с другого берега реки на этот перекидывались мосты, рушились и перекидывались снова, летели снаряды и такие же копья. Постоянно что-то взрывалось на обоих берегах, слышались крики людей. Что было на другом берегу, мне не удалось рассмотреть – мешал дым и расстояние. Я подняла глаза к небу и поняла, что ошиблась на счет воя орудий. Выли вовсе не они, а непонятные летающие шары. Они были похожи на обычные воздушные, но стального оттенка, без корзин внизу. Звуковая атака, не иначе. Ужасно жестоко, учитывая, что даже здесь, достаточно далеко от полосы военных действий, невозможно было терпеть этот жуткий звук.

– С другой стороны холма то же самое, и с третьей тоже. Мы практически окружены, воюем по всем направлениям. Впрочем, как и наши соперники, – Рей говорил так обыденно, что я снова усомнилась в реальности происходящего. Голова снова закружилась.

– А можно выключить этот дикий вой?.. – меня странным образом повело в сторону, в глазах начало темнеть и стало тихо.

Очнулась я тоже в тишине. Никакого воя, шума и людей вокруг. Мягкая теплая постель посреди совершенно белой комнаты. В открытое окно, занавешенное белыми полупрозрачными шторами, светило заходящее солнце. Голова больше не кружилась и не болела. Руки и ноги тоже были при мне и в нормальном состоянии. Удалось присесть без последствий, я спустила ноги на прохладный пол и осторожно встала с постели. Мне хотелось подойти к окну и посмотреть в него. Что я увижу там? На белом столике возле кровати стояла кружка с водой и тарелка с яркими фруктами, пожалуй, даже слишком яркими. Есть я не рискнула, но воды выпила. Медленно, стараясь не делать резких движений, я подошла к окну и откинула штору. Меня обдало горячим летним воздухом. Здесь явно было жарче, чем у нас, в моем мире. Странно было думать так – не в другой стране, не в другом городе, а в другом мире. Насколько он отличается от моего привычного, если всё же допустить его существование? Я всё ещё думала, что это либо сон, либо бред, либо гипноз.

За окном я увидела аккуратные белые дома с распахнутыми окнами, улицы были пусты, вымощены белым камнем. Солнце отражалось от белых стен и мостовой, окрашивало их в желто-оранжевые цвета и казалось, что всё вокруг светится, как пламя свечи. Дома были невысокими, трёх и четырех этажными, с двускатными крышами и маленькими чердачными окнами. Судя по всему, моя комната или правильнее сказать палата, была расположена на последнем этаже. Поэтому мне хорошо был виден город – сплошные белые крыши и где-то далеко, за множество кварталов отсюда, высокая белая стена из небоскребов. Такие же белые как все дома вокруг, но с высокими окнами – они казались столпами света, красные, желтые солнечные блики играли на их гладких стенах, – отражение маленького белого города в кривом зеркале. Долго смотреть на этот город в яркий летний полдень было бы невозможно.

Но пахло вокруг чудесно, я уловила запах жасмина и спелых яблок, ветер приносил ароматы апельсиновых цветов и почему-то корицы. А если повернуть голову влево, туда, где улица уходит резко вниз, то можно ощутить запах моря. Удивительное сочетание. Единственное, что пугало и настораживало – отсутствие людей и звуков. Казалось, что город пуст. Никто не ходил по улицам, не бегали кошки и собаки, не летали мухи, даже птиц не было слышно.

Пока я стояла и рассматривала город, чистый и белый как лист бумаги, дверь в палату открылась. Из-за белого цвета вокруг мне сложно было называть это помещение комнатой, но именно её оно напоминало больше всего, – красивая с резным изголовьем кровать, пышные подушки и одеяла, аккуратный прикроватный столик, в углу зеркало в широкой раме, пара стульев и крохотный круглый стол. Только обернувшись на звук открывающейся двери, я увидела, что на столике стоял букет мелких голубых цветов – неожиданно яркий в монохроме белого.

В дверях стояла старушка невысокого роста в белом переднике и нежно-розовом платье. Очень странно было видеть женщину такого возраста в одежде таких цветов. Её седые волосы были аккуратно убраны в пучок и прикрыты полупрозрачной косынкой. В руках она держала стеклянный кувшин с водой, а через руку была перекинута пара полотенец. Старушка приветственно кивнула и молча прошла к кровати, повесила полотенца на спинку, а кувшин поставила на столик.

– Благодарю вас, – я кивнула ей, не ожидая ответа. Почему-то мне казалось, что в такой тишине слова равноценны скверне, да и старушка смахивала на немую или даже глухую.

– Не стоит, это моя работа. Если вы уже отдохнули и готовы поесть, я принесу вам ужин сюда, – голос совершенно не подходил к образу старушки, он был звонким, почти молодым. Но слова были напрочь лишены эмоций, она и правда просто делала свою работу.

– Я не голодна, после такого странного дня есть не хочется совершенно, – снова повернувшись к окну, я дала понять, что разговор окончен. Но старушка не ушла, она стояла около двери и тихо говорила.

– Как вам будет угодно. День совершенно обычный. Не думайте, что с вами произошло что-то невероятное. Да, вас переместили сюда, но это совершенно обычная история. Каждый день сотни тысяч людей исчезают из этого мира, возможно, перемещаясь в какой-то другой. Не думайте, что ваш мир не такой. Вы пропадаете там, но не физически. Так что вам в некоторой степени повезло, – от её слов у меня по коже побежали мурашки, даже вид спокойного заходящего солнца не мог унять беспокойства. Зачем она говорит мне всё это? Чему я должна радоваться – тому, что пока жива или тому, что попала сюда, а не куда-то ещё? Я в бреду, точно. Наверняка у меня случился тепловой удар или я просто споткнулась, упала и ударилась головой и теперь лежу на скамейке в аллее, поднятая неравнодушными прохожими и брежу. Скоро придёт врач и сделает что-нибудь. И тогда всё точно будет хорошо. Тем временем старушка продолжала, – хозяин всегда возвращается ближе к заходу солнца и будет ждать вас внизу, так он мне сказал. Будьте готовы.

С этими словами она развернулась и вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Странная, очень странная женщина. Сколько ей лет? Она не выглядела добродушной старушкой-служанкой. Больше похожа на робота-надсмотрщика. Выходит, что я нахожусь в доме Рея, а не в какой-то больничной палате. Хоть какая-то определенность. Стоп! У меня же бред, не стоит в него углубляться рассуждениями о том, где я нахожусь и кто все эти люди, – они плод моего воспаленного воображения, последствия травмы. Я постояла у окна, потерла виски, даже немного похлестала себя по щекам, раз десять ущипнула, – ничего не помогало. Никак не получалось очнуться. Волей неволей придется принимать мысль о том, что всё происходящее – правда и происходит со мной здесь и сейчас. И тогда… Надо принимать серьезные решения и выбираться отсюда. Страх. Страх овладевал мной всё сильнее и сильнее. Неужели, правда? Нет. Не хочу, чтобы это было правдой. Вдох-выдох. Ещё раз. И снова. Закрыть глаза и открыть. Я оперлась руками на подоконник, вдыхала и выдыхала сладкий ароматный воздух. Старалась расслабиться, не думать ни о чем, не анализировать. Пусть всё так, как оно есть. Пусть это будет правдой, не надо бояться. Надо действовать, если это возможно. Для начала хотя бы понять, когда меня вернут обратно и собираются ли вообще это делать.