– Ну ты хоть жива? – кричит в трубку, на заднем фоне играет музыка, значит, еще тусит.

– Я дома, уехала на такси.

– Слава богу, я уже думала батю на ноги поднимать, искать тебя, – Дашка смеется, хотя не удивлюсь, что в случае чего именно так она бы и поступила. – Ты норм, крошка?

– Да, спать ложусь.

– Поняла, а я тут еще веселюсь. Этот мудак меня бросил, прочитала, да?

– Да, ну ты не расстраивайся, Даш, – пытаюсь ее успокоить, но подруга еще громче смеется.

– Ли, ты неподражаема! Буду я еще из-за всяких козлов переживать. Пусть он переживает, что остался без офигенного секса! Я-то не обломаюсь. Встретила Савву Фролова, ты его помнишь?

Я роюсь в памяти, но редкое имя не вызывает никаких ассоциаций.

– Его сестра с Витькой встречалась, Кристина Фролова, вспомни, кудрявая такая блондинка. И он иногда к нам присоединялся.

– Сколько лет прошло, – фыркаю я на это.

– Ну не беда, я вас снова познакомлю. Его отец крупный банкир, Савва с ним работает, а еще раскрутил интернет-портал, тоже бабки гребет. Ладно, Ли, я побежала, завтра тогда на созвоне.

Она первая вешает трубку, я кладу телефон на тумбочку, устраиваясь удобнее. Хорошо, что у меня есть Дашка. А то бы я сейчас чувствовала себя примерно так же, как в институте: никому не нужной.

С Дашкой меня познакомил отец. Мне было почти шестнадцать, он взял меня на благотворительный вечер, где оказалась она. Потом мы с ним поехали в гости к Морозовым, и все закрутилось само собой. Дашка, можно сказать, взяла меня под крыло. Я ведь никого не знала, училась дома, мало куда ходила.

Она познакомила меня со своими друзьями, и с ее легкой руки я влилась в их компанию. Нас было шестеро: Дашка, Витька, я, Марина и Серега, которые уже тогда встречались, а на данный момент поженились, и Алекс, он сейчас живет в Лондоне и назад вроде как не собирается.

Все они были так называемой золотой молодежью, раскованные, свободные, безбашенные. Мне нравилось с ними, и хотя сама я не могла быть в полной мере такой же, – меня манила их уверенность в себе и ощущение того, что они могут легко получить все, что захотят.

– На следующей неделе будет благотворительный ужин, – сообщает папа, когда мы садимся обедать. – Я хочу, чтобы мы пошли туда вместе. Ян, подберешь Алине соответствующую одежду.

– Хорошо, милый, это тот, про который ты мне говорил? Морозов устраивает?

– Да, он, – кивает папа и добавляет, повернувшись ко мне. – Хочу познакомить тебя с некоторыми людьми. Заодно прикину варианты работы для тебя.

– Хорошо, – коротко отвечаю я.

– Хочу, чтобы ты понимала, Алин, – его голос становится строже, я поднимаю на папу глаза и выпрямляюсь. – Я не буду пристраивать тебя на должность, где ты будешь сидеть без дела и получать за это деньги. Нужно будет работать.

– Я понимаю, – торопливо киваю. – И только за. Сидеть без дела мне и самой не хочется.

Он кивает в ответ, дальше обед продолжается в молчании. Яна бросает взгляд то на отца, то на меня, но ничего не говорит. Она, кстати, не работает, до встречи с отцом Яна была стилистом-парикмахером, он вроде бы предлагал открыть ей салон, но она отказалась. Сказала, делать прически – это одно, а вести бизнес – совсем другое. Папа настаивать не стал.

– Как тебе платье? – Яна демонстрирует мне строгое черное платье, я пожимаю плечами.

– Норм, сойдет.

– Ходить с тобой по магазинам – одно удовольствие.

Я с улыбкой забираю платье и иду в примерочную. Оно обтягивающее, но сидит хорошо: строго и не пошло. Яна дает мне туфли, которые успела принести консультант.

– Ну и гуд, – констатирует она, – прическу и макияж сделаем сами, дома.

Когда мы выходим из магазина, Яна предлагает выпить кофе. Я не возражаю, мы двигаем в сторону кафе, но нас останавливает высокая эффектная блондинка.

– Привет, Янусь! Они обнимаются, я переминаюсь с ноги на ногу.

– Это Алина, дочь Лёни, – представляет меня Яна. – А это Ксюша, моя подруга. Они с Денисом встречались.

Эти слова заставляют меня сконцентрировать все свое внимание на Ксюше. Я придирчиво всматриваюсь в ее лицо, фигуру. Ей тридцать с небольшим, красивые рыжие волосы, и сама хороша собой, большая грудь, округлые формы. Рядом с ней я вновь чувствую себя угловатым подростком.

Понимаю, чем она может привлечь, против воли представляю их с Дэном, они хорошо смотрятся. Следом мое воображение рисует, как они целовались, как занимались сексом. Я испытываю странное чувство. Завидую ей за то, что она могла просто его касаться и при этом не встречать обжигающего взгляда, который говорит: убери руки.