Шрифт:
Лили покорно кивнула:
– Я вас чем-то расстроила?
Мистер Шульман клацнул зубами, а после с тяжёлым выдохом кивнул:
– Меня откровенно бесят твои рассуждения. Они меня разочаровывают.
Лили поспешила извиниться.
– Не в этом дело, – унял её учитель, – Ты можешь думать как хочешь, как тебе нравится, и как ты считаешь правильным. Но, неужели твой жизненный опыт богаче моего? Или ты таки действительно решила, что знаешь и понимаешь больше остальных, м? Любая теория нуждается в практике, Янг. Ага?
Лили быстро кивнула.
– Но, сэр… Наблюдая иллюзии других, я всего-навсего утратила свои.
– Это твоя проблема, – заверил Том, заведенный не на шутку, злобно стуча тяжеленой ручкой по учебнику, – Живи своими мечтами и надеждами, своей верой в любовь.
– Зачем? Чтобы в конечном итоге остаться раздавленной по собственной воле, как и все?
Шульман глубоко вздохнул, набираясь терпения:
– Что значит, как все? Ты не они, а они не ты! У всех правил есть исключения. Я бы тебе это быстро доказал!
Лили вскинула голову, а Томас уставился ей в глаза, отчётливо понимая, что только что ляпнул. Его лицо расправилось от напряжения, становясь мягким и даже немного умиротворенным.
– Докажите… – протянула Лили, продолжая буровить серые глаза.
– Ты решила со мной поиграть? Если я возьмусь, то не отступлю, пока не доведу дело до конца. Хорошо подумай, оно тебе надо, а? Надо?
– Зависит от того, что ждёт меня в конце…
Том потёр руки, намереваясь заключить выгодную сделку, наблюдая её мнимое спокойствие.
– Радость и покой, но это при твоей полной отдачи мне.
– Это условие?
– Нет, это обычная сделка.
Лили насупила нос, бегая глазами по классу, обводя бежевые стены, шторы, стенды и плакаты, огромные окна и наконец останавливаясь на Томасе, что терпеливо ждал, теребя ручку. Девушка понимала, что, с одной стороны – это выгодно, ведь шашни с учителем при любом исходе ведут к тому, что её долги моментально исчезнут, на пропуски будут закрывать глаза, и она сможет полноценно заниматься образованием дома, а также присматривать за братьями и больной матерью. «А может, на мистере Шульмане можно вспахать целый огород, если братья не успеют к посеву?» Она молча оценивала его физическое развитие, обводя глазами широкие плечи, грудь и массивные руки. Поиграть в любовь – задачка сложнее некуда, но Лили твёрдо решила попробовать, рискнуть и попытать удачу. Если правильно расставить приоритеты и обозначить приемлемые рамки, она абсолютно ничего не потеряет. Но всё это было не так выгодно, как для самого Шульмана. И эта мысль мелькнула где-то в уголках карих глаз. Что он получит взамен? Ведь Том, как истинный еврей, никогда и ничего не делал просто так. Статус? Или просто докажет правоту и превосходство?
Лили облизнула губы.
– Нервничаешь? – спросил её мистер Шульман надменным и охрипшим голосом.
– Думаю, – отозвалась она.
– Нервничаешь, – протягивая гласные, констатировал Том.
Мужчина хмыкнул и учтиво кивнул, вновь складывая сухие руки вместе, прожигая её глазами.
– И всё-таки, в чём подвох? – спросила Лили, расстегнув верхнюю пуговицу рубашки, которая стала её душить. Шульман вопросительно вскинул брови:
– Какой подвох ты ищешь? Я перед тобой честен. Принимай уже решение, у меня ещё дела помимо тебя.
Томас подумал о баре и своих проблемах с нелегальным бизнесом, которые топили его с головой в дерьме. А он его потихоньку расхлебывал, по-человечески устав от всего. Возможно, эта «сделка» была больше нужна ему, потому что он желал непринуждённого общения и тепла. Чтобы кто-то его ждал и слушал, необязательно любил. Лишь бы просто кто-то был.
– Вы мне нравитесь, потому что вы – одиночка. – нарушила тишину девушка, сбрасывая еврея словно с вороного коня, начиная играть сразу же не по правилам, – Такой же, как я.
– Я? Одиночка? – Томас хмыкнул, прищурившись, – друзья, коллеги, студентки. Я не одиночка, Янг.
Да никого у Шульмана не было: ни друзей, ни коллег, которые были бы для него чем-то большим, нежели галочкой в списке источников выгоды. Да и студентки его скорее шарахались, чем обожали.
– Ну так что? – его терпение медленно испарялось и еврей осторожно давил.
– Я согласна, но, с течением времени, я хотела бы внести некоторые правила, – заверила Лили.
Тому это не понравилось, но вида он не подал, слегка плюнув на ладонь.
– Сделай также.
Лили посмотрела на мужчину как на глупца, но просьбу выполнила, протягивая в ответ раскрытую руку.
Томас не стал гонять девушку сочинением после напряжённого момента, решая запросить должок за эту поблажку в будущем. Еврей был удивлён её согласию. То ли она просто дурочка, то ли хитрая дурочка, которая хочет его надуть. «Обмануть еврея – остаться обманутым самому» – думал он, закидывая на плечо её сумку, пока та сверкала от счастья, получив оценку просто так, на деле – авансом.