— Мира, как ты?

Я чуть не рассмеялась. (Если бы ты только знал!) Он полагал, что я буду в ужасном настроении, и я хотела, чтобы он так и думал.

— Выживаю в диких условиях.

Прекрасные голубые глаза Райана расширились от моего замечания. Мои пальцы продолжали скользить по его шее.

Отец хмыкнул:

— Не преувеличивай, там прекрасное место, и, возможно, это поможет...

Я закатила глаза и закончила предложение за него:

— Я знаю, пап. Это прочистит мне мозги.

Райан ухмыльнулся, и его пальцы коснулись моей щеки.

— Хорошо, Мир. И, пожалуйста, не доставляй проблем моему брату. Я скоро позвоню.

Я потушила сигарету и выдохнула облако дыма:

— Ага, конечно. Почему бы тебе не сказать ему, чтобы он не доставлял проблем мне?

Я улыбнулась, моя рука легла на полуэрегированный член Райана, и я сжала его. Его глаза округлились.

— Уф, Мира, неужели ты не можешь...?

Я прервала его ворчание:

— Да, ладно, пап.

Я хмыкнула и соскользнула пониже к Райану после того, как закончила этот короткий холодный звонок. Он притянул меня к себе, и его руки сомкнулись вокруг меня.

— Он твой отец, и он не хочет причинить тебе боль.

Я кивнула:

— Знаю, но иногда его слишком много.

Ирония моей ситуации в том...

— Ты знаешь, что он отправил меня сюда, чтобы я была подальше от Эндрю и прочистила мозги?

Райан рассмеялся, и я тоже.

— Если бы он только знал.

Он притянул меня ближе для поцелуя:

— Если бы только.

Мы поужинали двумя стейками в огромной столовой, которая когда-то принимала большую шумную семью. Комната была простой, как и весь остальной дом: большой стол на десять человек и всего две фотографии в рамках на стене. На одной были только бабушка с дедушкой, на другой — вся семья вместе.

Мы ели при свечах, пока Райан рассказывал мне историю нашей семьи. Это было интересно, и я пожалела, что не интересовалась этим раньше. Я также узнала о Трише Спенсер, с которой Райан когда-то был помолвлен, от чего меня передернуло. Он рассмеялся над моим открытым проявлением ревности и, когда я уже начала закипать, добавил часть про ее измену и их разрыв.

Он улыбнулся:

— Это было лишним?

Я хмыкнула в ответ:

— Уф, да, но я рада, что всё кончено.

Он приподнял бровь:

— Хорошо, раз так, то и твой друг Эндрю тоже должен остаться в прошлом.

Я уставилась на него, и мое сердце затрепетало, хотя не должно было. Уф, этот мужчина так чертовски хорош собой, что я просто не могу ему сопротивляться.

Я кивнула:

— Покончено.

Удивительно, но я действительно это имела в виду.

Завтрак на следующее утро был ранним. Я пыталась быть паинькой и приготовить нам поесть, но тут на кухню вошел Райан, и у него были другие планы. Он прижал меня к столешнице и раздвинул мне ноги, поцеловав, пока я раскладывала завтрак по тарелкам.

— Перестань, ну же!

Его пальцы грубо поглаживали ложбинку моих ягодиц и терлись о киску.

— М-м, какая ты мокрая, моя порочная племянница.

Я ухмыльнулась и вильнула задом перед ним. Внезапно он расстегнул ширинку и раздвинул мои ноги еще шире.

— Я ведь не могу оставить тебя в таком состоянии, не так ли?

Его пальцы скользнули по моему горлу, когда его губы завладели моими.

— М-м, — простонала я, пока его левая рука продолжала натирать мою и без того мокрую киску.

Райан убрал руку от моего горла:

— Держись за эту гребаную столешницу.

Его голос был напряжен, и я поняла почему, когда его твердый член без предупреждения ворвался в меня.

— О!

Я наклонилась над столом, и волна удовольствия пробежала по моим ногам:

— М-м, Райан, да.

Его пальцы впились в мои бедра, и его член с влажными шлепками входил и выходил из меня.

— М-м, блять, малышка!

Его дыхание было тяжелым и частым у моего затылка, а короткие глубокие толчки вызывали внутри меня дрожь наслаждения. Райан хмыкнул:

— М-м, какая же ты узкая!

Шлеп, шлеп, шлеп!

Мои ноги задрожали, а затем почти подкосились, когда на меня накатила волна удовольствия.

— О! О да, я кончаю!

Его пальцы переместились к моему клитору и начали растирать его, пока по мне проходили пульсации наслаждения.

— Вот так! Кончай жестко для меня, Мира!

Его член продолжал вбиваться в меня, распространяя еще более чудесные волны удовольствия.

— Блять! — это возвестило о его оргазме.

Его руки болезненно сжали мои бедра, и теплая сперма брызнула внутрь меня и потекла по внутренней стороне бедер.