— Ты уже проснулась, сестрёнка? — спросил он приторно-сладким голосом, стоя к брюнетке спиной. У Энни по спине пробежал холодок, возникло ощущение, словно у близнеца и на затылке есть глаза. — Садись, я как раз заканчиваю готовить завтрак. Хотя, скорей уж поздний обед, — парень бросил взгляд на настенные часы, показывающие, что время уже давно за полдень, как бы укоряя сестру за то, что она так поздно проснулась.

— Спасибо, обойдусь, — язвительно и грубо ответила Энни. «Он что, думает, что после вчерашнего я с ним за один стол сяду?! Чёрта с два! Пускай удаляет ещё одну фотографию, и тогда я, быть может, сделаю ему одолжение…».

— Я сказал, сядь, — Марк обернулся и, ухмыльнувшись, облизнул лезвие внушительного кухонного ножа, одарив сестру жутким взглядом маньяка. — Пожалуйста.

Скривившись, девушка себя пересилила и с шумом уселась за стол, подложив руку под подбородок, стараясь не выдавать свой страх. Близнец подставил перед ней тарелку с омлетом и парой помидорных долек, сам сел напротив и с довольным выражением лица произнёс:

— Приятного аппетита, — Марк принялся молча уплетать собственную стряпню, краем глаза наблюдая за сестрой и ожидая, что она сделает то же самое. Энни неосознанно отметила, что юноша ест гораздо аккуратнее, чем целуется, и сама не поняла, за что конкретно она на него сейчас злится.

— Это всё ты приготовил? — скептически спросила она, ковыряясь в омлете вилкой.

— Да. Приготовлено с большой любовью, сестрёнка! — проклятая моментально визуализирующая все образы фантазия вмиг нарисовала в разуме брюнетки парочку образов, от которых её начало выворачивать наизнанку.

— У меня аппетит пропал, — Энни с отвращением отодвинула от себя тарелку, и в то же мгновение Марк как-то чересчур резко подхватил дольку помидора, отправил её себе в рот и, направив вилку на девушку, пробубнил, пережёвывая:

— Если ты не будешь есть, ты умрёшь, — девушка испуганно взглянула на близнеца, сохранявшего каменное выражение лица.

— Это что, угроза?

— Ха-хах! Нет! Это всего лишь одна из потребностей человека! Всем нам нужно кушать!

— Но я не хочу! — Энни сейчас напоминала дующегося ребёнка, со всеми его «Не хочу! Не буду!».

— Хотя бы попробуй, а уже потом строй из себя цацу, — громко хмыкнув от раздражения, брюнетка исполнила просьбу парня, просто чтобы тот от неё отстал, и тут же удивилась от того, насколько вкусным был приготовленный братом завтрак. Марк довольно улыбнулся. — Не так уж плохо, а?

— Замолкни уже… — близнец поднёс руку ко рту и сделал движение, имитирующее застёгивание молнии. Остатки завтрака оба доели в полной тишине, нарушаемой лишь редким скрежетом вилок. Энни до последнего ждала, что вот сейчас Марк пошло облизнёт губы и выдаст ей своё новое желание, от которого каждый волосок на теле встанет дыбом, но близнец не спешил. Он умел смаковать удовольствие.

Решив, что брат пока не собирается ей докучать, Энни встала из-за стола, не поблагодарив брата за завтрак-обед, и быстро поднялась наверх. Проходя мимо двери, ведущей в комнату Марка, она остановилась, настороженно прислушалась, и не уловив приближающихся шагов, юркнула в комнату. Времени у неё немного, действовать нужно быстро, но несмотря на это, девушка потратила несколько лишних секунд, удивлённо оглядывая комнату. Она очень давно сюда не заходила, и обитель близнеца представлялась ей захламлённой, вызывающей отвращение, как и всё с ним связанное, но нет. Напротив, здесь царил идеальный порядок, убранство, ни единой пылинки.

Встряхнув головой, брюнетка принялась искать телефон Марка. В первую очередь, проверила под подушками — там она бы спрятала что-то важное, личное, затем, под кроватью, на рабочем столе, и вот, очередь дошла до комода с вещами. Открыв первую же полку, Энни впала в ступор, забыв о том, зачем пришла сюда. Вся полка была «посвящена» её нижнему белью, аккуратно сложенному и, кажется, расфасованному по цвету. То-то она вечно удивлялась тому, куда у неё вечно пропадают любимые трусики.

— Ищешь что-то? — прозвучал голос брата у неё за спиной, и девушка испуганно обернулась. Марк держал телефон, который она столь жаждала найти, размахивая им, как трофеем.

— Ага, ищу! Например: два десятка своих трусов! — близнец беспечно пожал плечами, словно говоря: «Дело-то житейское!». — И что ты с ними делаешь?

— Тебе в подробностях описать? Ну, я беру их в руку, снимаю штаны и…

— Стоп!!! Я передумала! Даже знать не хочу! — Марк немного удивлённо сдвинул брови.

— Если ты до сих пор не поняла, скажу в открытую: я тот ещё извращенец.

— Поняла, и именно поэтому ты мне отвратителен! — Энни попыталась выбежать из комнаты, но близнец перегородил ей дорогу. — Дай пройти! — она толкнула его в грудь, но парень не сдвинулся с места. Девушка была слишком слаба, чтобы силой заставить его сделать хоть что-то.

— Эй, так не пойдёт. Раз уж ты всё равно здесь, почему бы нам не заняться делом? Условия всё те же, одно желание, одна фотография, — Энни злобно взглянула на брата исподлобья, нахмурилась, и, сглотнув подступивший к горлу ком, вместе с гордостью, спросила:

— И чего ты хочешь? — брюнет хитро сощурился.

— Хм. Хочу тебя поласкать.

— …Где? — «Я что, правда на это соглашусь? Опять?! Хотя, какие у меня ещё есть варианты?».

— Да везде! Начну с этих славных пухлястиков, — брюнет указал голодным взглядом на грудь сестры.