Шрифт:
– Правда? – удивилась Саманта.
Потом посчитала дни… суд был двадцать восьмого, решение судья вынес двадцать девятого, то есть два дня назад…
– О, черт! Действительно. Ты, наверное, пойдешь куда-нибудь праздновать? – Она ласково улыбнулась Джошу.
– Да. Я собираюсь в «Барм-три». Я вам не говорил, что когда-то там работал?
– Нет, но ведь ты где только не работал!
– Да, а вот про это ранчо забыл вам сказать.
– Ты едешь с девушкой?
– С Мэри Джо. – На сей раз Джеф стал красным, как пожарная машина.
– С дочкой Джоша?
Сэм была позабавлена, Джеф тоже ухмыльнулся.
– Ага.
– Ну и что говорит Джош?
– Что он выпорет меня, если я ее напою. Но черт побери, ей ведь почти девятнадцать! Она же не малолетка.
– И все-таки я бы на твоем месте остерегалась. Если Джош пообещал тебя выпороть, он шутить не будет. – Потом лицо Сэм посерьезнело. – Как у него дела?
– Да беспокоится о вас. – Голос Джефа звучал в тишине очень нежно. – Мы все беспокоимся. Все, кто знает о случившемся. Вчера тут был ваш адвокат.
– Я так и думала. Он приехал забрать вещи Тимми?
Джеф замялся, но все-таки кивнул.
– Он взял его рождественские подарки? – Сэм снова заплакала. – Я хочу, чтобы Тимми все это забрал с собой.
– Да, он все взял, Сэм.
Не зная, как помочь Саманте, он обнял ее и прижал к груди. Джефу хотелось сказать ей про свою любовь, но он боялся. Джеф влюбился в Сэм с первого взгляда. Но она была на девять лет старше его и не проявляла никакого интереса к мужчинам. Порой Джеф задумывался: а может, она вообще уже не способна заниматься любовью? Но тут же говорил себе, что это не главное; ему просто хотелось обнять Саманту и в один прекрасный день признаться в любви. Они долго лежали рядом, и наконец Сэм перестала плакать.
– Спасибо. – Она пристально посмотрела на Джефа, слегка взволнованная его юной красотой и силой. – Ладно, тебе надо поторапливаться, а то вместо Мэри Джо ты встретишь Новый год со мной.
– Знаете что? – Его голос был низким и манящим. – Я бы не прочь.
– Неужели? – Глаза Саманты смеялись, но его были серьезны.
Однако Сэм считала, что Джефу вовсе не это нужно. Зачем ему женщина, которая не только старше его, но еще и калека? Он молод. У него вся жизнь впереди, жизнь, в которой будет целая толпа девушек вроде Мэри Джо… Но сама Сэм почувствовала себя вдруг такой одинокой, что ей захотелось потянуться к нему. И она поспешила прогнать Джефа, чтобы не наделать глупостей.
– Ладно, малыш, поезжай, отпразднуй Новый год как следует, – Сэм села на постели и попыталась улыбнуться.
– А вы, Сэм?
– Я приму горячую ванну, приготовлю себе что-нибудь поесть и лягу спать. А завтра, может быть, выползу из своей берлоги и погляжу на мир.
– Рад это слышать. А то вы меня здорово напугали.
– Джеф, я крепкий орешек. Время закаляет человека.
Время, горе, утраты…
– Вот как? Ну а вас оно еще и красит.
– Иди, Джеф, – Сэм забеспокоилась. – Тебе пора.
– Я не хочу уходить от вас, Сэм. Давайте я останусь здесь.
Но Саманта покачала головой и, взяв Джефа за руку, поднесла его пальцы к своей щеке, а потом нежно поцеловала и отпустила.
– Ты не можешь остаться, Джеф.
– Но почему?
– Я тебе не разрешаю.
– Вы считаете, что хозяевам нечего связываться с работниками? – Он горячился, как молодой жеребчик.
Сэм улыбнулась.
– Нет, вовсе нет, милый. Просто моя жизнь уже прожита, а твоя только начинается. И такое тебе не нужно.
– Да вы с ума сошли! Знаете, как давно я о вас мечтаю?
Сэм приложила палец к его губам.
– Не надо, не говори. Сегодня канун Нового года, в эту ночь люди часто говорят то, чего говорить не следует. Я хочу, чтобы мы с тобой остались друзьями, Джеф. Пожалуйста, не надо все портить. – В глазах Саманты снова заблестели слезы. – Ты мне сейчас так нужен! Ты, и Джош, и дети, но особенно вы с Джошем. Прошу тебя, не надо ничего менять. Я… я этого не вынесу… я не могу без вас.
Джеф снова обнял Саманту, поцеловал в макушку и, встав на ноги, повторил:
– Если вы хотите, я останусь, Сэм.
Она подняла голову, взглянула в блестящие зеленые глаза и покачала головой.
– Нет, милый, не надо. Иди.
Он неохотно кивнул и, остановившись в дверях, в последний раз взглянул на Саманту. Потом из коридора донеслись гулкие звуки удаляющихся шагов, и входная дверь захлопнулась.
38
– Сэм!.. Сэм?
Было шесть часов утра, самое начало нового года; Сэм уже оделась и впервые за три дня зашла в кухню, чтобы приготовить себе кофе. И вдруг Джош постучался в дверь. Сэм усмехнулась. Если сейчас не выйти к нему, то ее работники по очереди примутся ломать дверь. Саманта все еще страшно переживала потерю мальчика, но понимала, что распускаться нельзя. У нее есть обязательства и перед другими детьми. Она медленно подъехала к входной двери и, открыв ее, выглянула в предрассветные сумерки. Джош стоял на крыльце, на нем была теплая куртка.