Умершее воспоминание - совесть Логана.

— Утром я улечу в Техас, — продолжил я, коснувшись руки Эвелин. — А вернусь уже послезавтра ночью. Видишь? Это ненадолго.

— Техас? — переспросила она, и её серо-голубые глаза растерянно забегали. — Можно с тобой?

— Что? Эвелин, ты не шутишь?

— Я больше не выживу без тебя ни дня, — произнесла она чуть ли не со слезами на глазах. — И я не хочу возвращаться к своей семье. Можно я полечу в Техас с тобой, Логан? — Затем она снова с силой прижалась ко мне. — Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста. Просто скажи да, Логан. Пожалуйста, скажи да.

— Подумай, что будет с твоими близкими! Думаешь, они сильно обрадуются, когда заметят твоё исчезновение?

— Ты ведь сам сказал, что это ненадолго.

— Да, но… Я просто не хочу, чтобы ты поссорилась с семьёй. Врать людям бессмысленно, да?

— Абсолютно бессмысленно. Но я не совру. Мы вернёмся, и я расскажу им всю правду, обещаю. Так что ты скажешь, Логан?

Я отвёл глаза и задумался над её словами.

— Когда мы вернёмся, — тихо начал я, — мы скажем всю правду вместе. И вместе примем последствия, ладно?

Эвелин искренне улыбнулась, и я улыбнулся ей в ответ. Теперь я даже представить боялся, какова будет реакция Уитни, когда она узнает, что во всём этом виноват я один. Плевать. Эвелин действительно хочет этого, а значит, я не остановлюсь ни перед чем, чтобы исполнить её желание. Даже перед Уитни.

— Но я надеялся заехать к Джеймсу перед отлётом, хотел помочь ему убраться после вечеринки. Заезжать домой в мои планы не входило.

— Правда? Но я буду не против снова увидеть твоих друзей, Логан.

«Они тебя тоже», — подумал я, но вслух ничего не произнёс.

Когда мы вернулись в дом Джеймса, на улице уже рассвело. Я чувствовал себя убитым и просто валился с ног от усталости. В отдельные моменты я боялся взглянуть на Эвелин, боялся увидеть её состояние. Я прекрасно представлял, насколько тяжёлой выдалась для неё сегодняшняя ночь, представлял, как зверски она устала и чего ей стоило улыбаться, когда я говорил с ней. Я смотрел на эту девушку с искренним сожалением и совсем забывал о своей усталости, даже не думая о том, что могу в мгновенье потерять сознание, как только коснусь головой подушки.

Из дома Джеймса уже разъехались все гости, лишь на диване с блаженной улыбкой на лице спал Кендалл, а рядом, в кресле, ютились Карлос и Алекса. Этим двоим было явно тесно в кресле, но они оба мирно посапывали, словно не замечая этой тесноты.

Маслоу я нашёл на кухне. Он лежал на столе, вытянув одну руку вперёд, и без остановки пил виски. Я попросил Эвелин подождать меня в гостиной, на что она ответила испуганным, замученным взглядом. Я не хотел оставлять её одну ни на мгновенье, но сделать это всё же пришлось.

— Джеймс, — с упрёком произнёс я, отобрав у друга почти пустую бутылку. — Сколько ты в себя уже влил?

Маслоу посмотрел на отобранную мною бутылку взглядом ребёнка, у которого забрали бутылочку с молоком.

— Не п-помню, — сказал он, с трудом выговаривая слова, и положил голову на стол. — И то я себе последнюю успел в-выхватить… эти свиньи неблагодарные всё выхлестали.

Я сел напротив Джеймса и, вздохнув, посмотрел на него.

— Она не приехала?

— Ес-сли бы она приехала, — начал ловелас, печально подняв брови, — я бы сейчас был с ней.

— Она, наверное, не смогла, — попытался обнадёжить друга я и принялся искать его мобильный. — Слушай, давай позвоним ей. Давай спросим, почему она не пришла?

Я протянул Джеймсу его телефон, но он сердито оттолкнул мою руку.

— Хватит, — простонал Маслоу, подперев кулаком свой подбородок, — перестань думать, что ещё не в-всё потеряно…

— Так и есть. Ещё не всё потеряно, Джеймс!

— Да не нужна мне поддержка! — закричал он, вскочив на ноги. — Не приехала, и чёрт с ней!

Я смотрел на него грустным взглядом. Не сумев удержать равновесия, Джеймс рухнул на стул.

— Ты выпил столько, что не можешь устоять на ногах, — тихо сказал я. — Тебе не всё равно.

— Да, не всё равно, — подтвердил он, приняв смирённый вид, и потянулся за бутылкой. — Но я не б-буду тратить своё время на бесполезные мечты, которым не суждено исполниться.

— А тратить своё время на бесполезное поглощение виски ты будешь, да?

— Надо смириться, — со вздохом сказал Маслоу и, сморщив нос, покачал головой. — А виски — это в-вещь… в-вещь, которая помогает забыться.