— Сколько ты хочешь за то, чтобы попробовать совершить невозможное?

— На Ниррае я зарабатывать не буду, — говорю слишком резко. Потому что меня вмиг выводит эта мысль из себя. Да, я люблю деньги и обожаю, когда мне за мою работу платят, но Ниррай — это другое, это личное.

— Допустим. Тогда что ты хочешь?

— Того же, чего и вы. Чтобы он жил. Поэтому вы мне поможете.

Я переворачиваю исписанный листок, даже не предприняв попытки узнать, что там Ниррай скрывал, и пишу список того, что его отец вполне сможет достать быстрее меня. Я попробую, я не могу ничего обещать ни ему, ни даже себе, но я очень хочу хотя бы попытаться, пока еще не слишком поздно. Закончив, я пододвигаю лист обратно и откидываюсь на спинку дивана, пока отец Ниррая изучает содержимое. В какой-то момент его брови лезут вверх, но он это никак не комментирует. Видимо, Лук очень многое скрыл от своего спонсора, что вполне меня устраивает.

— Тут, естественно, не все. Остальное я добуду сам, по крайней мере, постараюсь. Ничего обещать не буду. Тут — либо получится, либо нет.

Отец Ниррая складывает листочек и убирает в карман пиджака, выглядит он при этом сильно задумчивым и имеет неуловимое сходство с Нирраем.

— Почти все есть. Мы это закупали для Лукьяна. Но там требовалось намного больше.

— Это вопрос не ко мне. Тут ровно на три дозы вакцины, с запасом, если вдруг что-то пойдет не так.

Отец кивает и, постучав пальцами по столешнице, смотрит на меня.

— Ты успеешь, — утверждает, не спрашивает и, встав, уходит.

У меня нет такой уверенности, как у него, но я надеюсь, что так и будет, а пока мне нужно готовить ужин для моего царевича, пока он там не заскучал.

Ниррай находится в беседке, к которой ведет выход из его комнаты. Он курит, и я, присев рядом, целую его в щеку.

— Ты как?

— Нормально. Да ты все равно все слышал. Я сначала думал ему все высказать, но потом решил… А смысл? Все уже так, как оно есть.

— Да, я внаглую подслушивал. Это было так очевидно?

— Естественно. Я бы на твоём месте тоже подслушивал.

— Вампирский слух все же чаще плюс, чем минус. Даже не пришлось лежать перед дверью. Докуривай, у нас с тобой сейчас планы.

— Какие?

— Я буду для тебя готовить, а ты будешь сидеть рядом и меня вдохновлять. Готовка без музы — трата времени.

Ниррай мне улыбается, и я медленно его целую, с наслаждением. Я успел соскучиться по твоим губам.

Часть 5. Мне любопытны оба варианта

Аш

Ирс тянет меня куда-то за руку, но мне сейчас так грустно, что вообще все равно. Я отрываю взгляд от травы, что под ногами, только когда мы останавливаемся, и я слышу лошадиное фырканье. Мы стоим на поляне, а вокруг нас лошади пасутся, без привязи, без загонов, просто так. Ко мне подходит черненькая, явно девочка, с косичками в гриве, и тычется мордой в карман халата, что я надел после душа в выделенной нам комнате, намекая на вкусняшку, но в том кармане дремлет белочка, которая от такого действа в ужасе. С писком она уносится оттуда, быстро перебирая лапками, цепляясь за ткань, залезает ко мне на плечо и жмется к шее. Лошадь смотрит на нас удивленно, и Ирс гладит ее по морде.

— Первый раз в жизни вижу лошадь… Красивая какая!

Угукаю. Я тоже с ней встречаюсь первый раз.

Я протягиваю руку и аккуратно поглаживаю шею сбоку.

— Мы ведь могли с тобой вообще не встретиться… — тихо говорю я, смотря на лошадь, но обращаясь к Ирсу.

— Случайности не случайны. Я иногда думаю, а как бы сложилась моя жизнь, если бы я поступил так, а не иначе? Представляешь, как бы было интересно, если бы мы заранее знали, к чему в итоге приведут наши поступки? Вот сидишь ты, думаешь, пойти сегодня домой с работы по короткой дороге или в магазин завернуть. Решаешь в магазин, а в этот момент, на той, прямой дороге, твоя судьба. Знал бы заранее, все бы по-другому было….

— Случайности да, но я не о них. Я ведь мог не стать вампиром и все, меня бы не было, нас бы не было. Мне так грустно, Ирс, словно это я должен умереть через несколько дней.

Перестав гладить лошадь, я обнимаю Ирсана, пряча нос у него на шее, и глаза зажмуриваю. Не хочу грустить, не хочу об этом думать, но не получается. Все это отправляет меня назад в прошлое, где я рискнул и вколол себе недоработанную вакцину просто от страха, что умру, и всё для меня закончится.

Ирсан обнимает меня в ответ, а лошадка слегка бодает в плечо, после чего пропадает и тюканье, и белка.

— Думаешь, Аман справится?..

— Мне кажется, нет. Ты видел его? Он такой… словно сам собрался умереть, — говорю и сильнее в Ирса вжимаюсь. Я сейчас хочу побыть маленьким, чтобы меня спрятали от всего плохого в домике из рук.

Ирс подхватывает меня и взлетает, а я и не думаю выпускать крылья, так и продолжаю жаться к нему, вдыхать сладковатый запах. Он уже такой привычный, но не перестает мне нравиться.

Мы парим в воздухе, куда-то неспешно летим, и в этот момент в моей голове нет мыслей, их сдул ветер. А когда Ирс приземляется, я отрываюсь от его шеи и осматриваюсь. Мы стоим на возвышении, мини-плато, единственной тут горы, а рядом беседка (точнее, миниатюрный домик), застекленная от дождя. Ирс ставит меня на ноги и открывает дверь. А зайдя внутрь, я оглядываю плетеные диванчики, кучку подушек и утягиваю Ирса за руку ближе к дальнему окну, откуда открывается прекрасный вид на океан.