Шрифт:
– Воруешь?
– Простите меня! – вновь залившись краской, пробормотал Дэвид.
– Не ты виноват в этом, - вздохнула старуха, - а твоя мать. Она рано сбежала из дома, связалась с авантюристом – твоим отцом, переезжала за ним из страны в страну, и на детей ей, сейчас, совершенно наплевать.
– Но… но откуда вы знаете? – заикаясь, спросил мальчик.
– Твои глаза мне это сказали. О, эти необыкновенные, черные, словно бездна космоса, с поволокой очи. Не одно женское сердце в них утонет. Их будут миллионы.
– Но вы же слепая! – бестактно ляпнул мальчик.
– Зафаре Канум не нужны глаза, чтобы видеть, - откликнулась девочка, - она видит сердцем.
На лице Дэвида выступило понимание. Перед ним всего лишь местная гадалка. Скорее всего, шарлатанка, и совсем не слепая, иначе как бы она поймала вора за руку и нашла дорогу домой?
– Тифа, я вижу, наш гость не верит мне. – проговорила старуха девочке. – Переведи Дэвиду, что ему нужно уехать за океан. Там ждет его успех.
Дэвид, услышав свое имя, застыл в изумлении. Этого она точно знать не могла.
– Я вижу много женщин, очень много. Их армии. Они боготворят тебя. Общаются друг с другом, пишут письма, но без ручки и бумаги, передают их мгновенно. Все говорят о тебе. Любуются, пытаются завоевать. Но тебе ни одна из них не интересна.
– И кто же мне интересен? – недоверчиво спросил Дэвид.
– О, это будешь знать только ты.
– Вы мне не скажете?
– У тебя будет выбор. А заранее я не хочу тебя расстраивать. Маленьким мальчикам, это знать ни к чему.
– И жены у меня не будет? – растерянно улыбнулся он.
– Жены – точно нет. Но женщина будет. Она еще не родилась («Даже еще не умерла», - подумала, про себя, ясновидящая). О, я вижу слезы. Море слез. Она так сильно захочет быть рядом с тобой, что горы не станут ей помехой. Полюбишь её – сделаешь самой несчастной на Земле. Не полюбишь – разобьешь ей сердце. А она миру. Выбор за тобой. Вам всё равно не быть вместе.
– Зачем же тогда она будет в моей жизни? – задал логический вопрос мальчик.
– Наверное, вам обоим нужно выучить какой-то урок. Иди с миром, сынок. И помни о выборе. Да, и деньги, забери. – она раскрыла непонятно откуда взявшееся в её руках портмоне и протянула ему несколько купюр. – Перекуси хорошенько. Тощий-то какой!
– Не возьму. – стыдливо опустил голову Дэвид. – Это я вам должен заплатить, за гадание.
Пожилая женщина тяжело поднялась и вышла из комнаты. Тифа стояла молча, опустив глаза. Старуха скоро вернулась, держа в руке старинную перьевую ручку, обмакнутую в красные чернила, и плотный альбомный лист.
– Распишись-ка мне тут на память. Когда настанут голодные времена, я продам твой автограф за немалую сумму. Этим ты мне и отплатишь.
Вздохнув с облегчением, Дэвид быстро накропал несколько строчек и поставил юношеский росчерк.
«Бабка, точно сумасшедшая» - заключил он.
– «Надо бы поскорей свалить из этого странного дома.»
Старуха открыла ему в ворота, и, повернув лицо на долговязую ссутулившеюся спину, пробормотала на сардалском:
– Ах, если бы я только была моложе, - и на приоткрывшихся глазах её выступила вселенская тоска.
Глава 1
Сижу за печатной машинкой с открытым ртом.
Это – он! Он!!! Тот, к кому я стремилась всю свою жизнь! Мой кумир. Мужчина моей мечты! Сердце стучит так, что я сейчас скончаюсь от приступа.
– Привет! – присаживается ОН около меня с добродушной улыбкой. – Ты – Кейт?
А? Что? Это его голос??? Боже, какой у него голос!!! И он у меня что-то спросил. Что, интересно?
– Наслышан о тебе, - продолжает говорить кумир. – Ты пишешь потрясающие сценарии.
Что? Моя мечта хвалит меня за написанный сценарий? Что ты со мной делаешь, Жизнь?!
– Наверно, ты слишком занята. Не буду отвлекать. – кумир поднимается во весь свой двухметровый рост, а у меня связки узлом…
При свете Луны он божественно привлекателен! Он лучший из лучших. Он – моя недосягаемая мечта! Или…
***
Тот теплый предновогодний вечер был прекрасным. Я наслаждалась горным ветром, нежно трепавшим мои русые волосы, и любовалась на огромное оранжевое солнце, медленно подкатывавшее к кромке заснеженных вершин. Мне было восемнадцать лет, назавтра предстояло пережить субботние занятия в универе по Тирославской литературе, а потом, весь оставшийся вечер и целое воскресенье можно будет предаваться чтению нового журнала с моим кумиром на обложке - Дэвидом Рейном, молливудским актером, которого я горячо любила и не пропускала ни одного фильма с его участием.