— Она готова?

— Да.

— Хорошо. Он хочет видеть ее сейчас. — Седовласый мужчина оглядывает меня в моей новой одежде. Его глаза горят вожделением.

— Хорошо. Мы идем, — заявляет Патанса.

— Нет. — Он поднимает руку вверх, останавливая ее. — Босс попросил меня привести ее.

Она на мгновение прищуривается, глядя на него, а потом переводит взгляд на меня. Отступив, Патанса что-то говорит высокому мужчине, и я сжимаю губы и иду вперед.

Он делает шаг назад, позволяя мне пройти мимо, и я чувствую, что мужчина смотрит прямо на мою задницу.

Я слышу, как Патанса тихо усмехается. Мужчина захлопывает дверь позади себя и затем обходит меня, облизывая свои губы.

— Сюда. — Он начинает идти по темному коридору. Лампы работают, но тут не так светло, как в коридоре с картинами.

Его тяжелые ботинки стучат по мраморному полу, а мои кроссовки скрипят, когда я стараюсь не отставать. Мы идем, кажется, целых две минуты, прежде чем, наконец, подходим к лестнице, которая ведет вниз. Он быстро спускается по ступенькам, и я считаю их одну за другой, пока большим пальцем тереблю свое обручальное кольцо.

Когда мы оказываемся внизу, в конце коридора я вижу коричневую двойную дверь. Высокий мужчина походит к ней и дважды стучит. Я остаюсь, по крайней мере, в пяти шагах от него.

— Входите! — Слышу громкий голос босса, и высокий мужчина сразу открывает дверь. Он щелкает пальцами, чтобы я следовала за ним.

Во рту чувствуется сухость, но иду за ним. Медленно.

Когда дверь захлопывается за мной, я смотрю в сторону босса. Он стоит перед пустым белым холстом, его руки сцеплены за спиной. Над холстом, на стене, висит еще один портрет. Этот больше, чем остальные, которые я видела. На самом деле, в этой комнате каждый портрет намного больше

Стены темно-коричневого цвета. У стены справа от меня стоит двухместный диван, а слева один черный стул. На темном сводчатом потолке установлены прожекторы, они висят над портретами и освещают каждое творение.

Лестница находится напротив него. Высокий стол расположен между нами.

Я смотрю выше и вижу больше картин, кровать с изголовьем, свечи и скрипку на подставке, и хмурю брови при виде нее. По какой-то причине скрипка просто не вписывается сюда... и я тоже.

Мама раньше играла на скрипке. Она была действительно очень хороша в этом. Она пыталась научить меня, но у меня никогда не хватало для этого терпения. Хотя я люблю слушать. Я люблю, чтобы меня развлекали. Возможно, по этой причине я была поймана в ловушку, как эта.

Тони был моим развлечением. Он заставлял меня смеяться, падать в обморок и плакать. Мои глаза жжет, когда я вспоминаю о Тони. А потом с угрюмым видом сосредотачиваюсь на боссе.

— Оставь нас, — командует он.

Высокий мужчина поворачивается и быстро уходит, закрывая за собой тяжелые двери.

Я снова тереблю пальцем кольцо с крупным ограненным бриллиантом. Босс поднимает маленький черный контейнер и идет за лестниц к раковине, которую я не заметила раньше.

Он направляет воду, заполняя контейнер, а затем возвращается. После того как помещает его вниз, он закатывает рукава своей рубашки. Я только сейчас поняла, что он переоделся. Теперь он в белой рубашке. Это гораздо более показательно. Его руки крупные и определенно мускулистые.

Запустив пальцы в свои гладкие волосы, он, наконец, поворачивается, чтобы посмотреть на меня. Его фирменный взгляд путешествует по всему моему телу.

— У тебя полный гардероб платьев, юбок, блузок... но ты решаешь надеть джинсы и обычную рубашку. Удар первый.

— Что, черт возьми, это значит? — спрашиваю я смело.

Опять сложив руки за спиной, он медленно расхаживает возле холста.

— У тебя есть вопросы. Много вопросов, — отмечает он. — Что ж, позволь мне начать, назвав тебе мое имя. Большинство называют меня Шеф. Мое настоящее имя Драко Молина. Но, полагаю, можешь называть меня... сэр. — Он сверкает опасной улыбкой.

— Как ты узнал, что я была Никотера?

Сжав губы, он смотрит на меня, в его глазах вспыхивают искры.

— Я просто знал. — И затем снова смотрит на холст.

— Ты знал моего отца?

Он поворачивается в пол-оборота, поглядывая через плечо.

— Да, я хорошо его знал.

Я думаю о том, должна ли задать свой следующий вопрос. Правда заключается в том, что я боюсь узнать ответ. Если узнаю, тогда точно узнаю свою судьбу.

— Он... — Я нервно вздыхаю. — Он был твоим врагом?

Босс хмурится и поворачивается полностью лицом ко мне.

— Если бы он был моим врагом, ты думаешь, что была бы еще жива? Стояла бы передо мной в одежде, которую я купил, и с едой в животе, которую я сказал приготовить своим поварам? — Он качает головой. — Я тебе не враг, малышка.

Я прищуриваюсь.

— Ты мой враг.

— Извини?

— Ты убил моего мужа!

— Ты имеешь в виду Тони Палача? Да, я убил его. Это был личный заказ, на самом деле, это должно было быть сделано.