Так не случилось. Получив желаемое, Денис потерял интерес к подруге. Поля восхищала, пока была недоступна, таинственна. Как только стала его, оказалась ненужной.

— Немного, — признался Роман. — Пару раз находил у солдат под матрасами, вот и видел. Живые девушки мне нравятся больше. А ты затмила всех, что я видел прежде.

Роман присел рядом, коснулся колена жены. Провел ладонью от щиколотки до бедра.

— Такой глянец мне нравится больше, — произнес хрипловатым от нарастающего желания голосом. — Нежный, теплый, податливый.

Поля протянула к нему руки. Положила ладони на плечи, почувствовала, как под ее пальцами перекатываются тугие мышцы. Еще никогда она не была так близка к мужу. И хотела большего.

Ее юное тело истосковалось по ласке. Так долго быть рядом с любимым и не позволять ему лишнего. Не думать о большем — это так сложно. Просто невыносимо.

Сейчас в Поле пробудились все женские инстинкты, передавшиеся от природы. Она хотела быть не только матерью, но и женой. По-настоящему.

— Знаешь, тебе бы больше пошло розовое кружево, — заметил Роман. Провел указательным пальцем вдоль глубокого декольте, заставляя Полину вздрогнуть от острого наслаждения.

Она прикрыла глаза, запрокинула голову. С ее манящих губ сорвался вздох, похожий на стон.

— Хотя нет, не надо тебе никаких дополнительных украшений, — шепнул Роман, очарованный ее страстностью. — Ты и без них восхитительна.

Он так боялся, что Полина не откликнется на его прикосновения. Но его маленькая женушка вела себя так, будто и сама давно желала единения. Жаждала его каждой клеточкой своего прекрасного тела.

Роман скинул бретельки с ее плеч, коснулся губами шеи. В том месте, где учащенно бился пульс Полины. Она склонила голову набок, чтобы дать ему больший простор. Выгнула спину.

— Так приятно… — произнесла чувственным, дрожащим от страсти голосом.

— Ты ведь не станешь меня останавливать? — спросил он, целуя ее в подбородок.

Медленно стянул с нее совершенно ненужный пеньюар и кружевные черные трусики.

— Ни за что на свете, — призналась она, приподнимаясь на локтях, чтобы облегчить ему задачу. — Ты мой муж. И я принадлежу тебе и доверяю. Полностью.

Она приняла его таким, каким он был. Коснулась шрама на лице, словно доказывая, что любит каждую частичку его сильного тела.

Он отблагодарил ее ласковыми прикосновениями, неторопливостью. Любил жену медленнее и нежнее, чем когда-либо делал это с другой женщиной. Пускай не стал первым, зато останется единственным любовником Полины. Сделает все, чтобы она не посмотрела на другого мужчину. Тем более не вспоминала Дениса.

— Любимая… — шептал он. — Как же я рад, что у меня есть ты.

Зарылся в ее волосы и с наслаждением вдохнул их аромат. Его отважная маленькая девочка. Сильная духом и прекрасная, как сама весна. Как здорово, что она появилась в его жизни.

— А ты есть у меня, — произнесла в ответ Полина. — Моя сбывшаяся мечта.

После они долго сидели рядом и не могли разомкнуть объятий. Их руки блуждали по телам друг друга, изучая каждую впадинку, каждый изгиб. Пробуя на вкус, наслаждаясь единением, как другие наслаждаются драгоценным вином. Они обрели семейное счастье, и оно оказалось прекрасно.

Отпуск Романа закончился слишком быстро, но молодой отец стремился проводить с семьей столько времени, сколько только возможно. Полина и Анна купались в его заботе и чувствовали себя самыми счастливыми девочками на всем белом свете.

Беда пришла откуда не ждали. Матрена по доброте душевной дала Валентине телефон Полины. И теперь мама не упускала возможности позвонить дочери.

— Что же ты нас на свадьбу не позвала? — с этого вопроса Валентина начала первый разговор. — Чай мы тебе не чужие!..

— Разве? — напряженно переспросила Поля. — Ты выгнала меня беременную из дома, хотела избавиться от внучки. Не оказала ни помощи, ни поддержки. Разве так проявляются материнские чувства?

Поля точно знала, о чем говорит. Теперь, когда сама стала матерью, еще сильнее удивлялась поступку Валентины. Как она могла поставить отношения с отчимом на первое место? Почему подумала о будущем сестры Светланы и совершенно не озаботилась дальнейшей жизнью Полины?

— Ты не оставила мне выбора, — заявила мать. — Если бы ты осталась, Мишка выгнал и нас со Светой.

— Неправда! — возмутилась Поля. — Он бы не отказался от родной дочери.

В ответ выдох, похожий на раздраженное шипение. Валентине не нравилось, как разговаривает дочь. Раньше та не позволяла себе подобных выпадов. Тем более, никогда не обвиняла и не упрекала.

— Ты его плохо знаешь! — объявил мать. — В последнее время Мишка сильно запил, денег стал приносить меньше. Ой, подозреваю, молодуху завел. Только бы не ушел…