— Тогда о чем ты думала, когда стояла там? — Он машет рукой в сторону окна.

Я отвожу взгляд, не зная, стоит ли спрашивать. Не думаю, что должна. Он не должен знать, что Роналдо и я были приятелями в той клетке. Если Драко заподозрит это, то может сломать его еще больше.

Поэтому я лгу:

— Я думала о том, нельзя ли мне как-нибудь сходить на пляж.

Он наклоняет голову, сжав губы, но ничего не говорит. Он просто смотрит на меня.

Воздух сгущается вокруг нас, и я замечаю, как он разглядывает меня от ложбинки между грудью до моих ног.

— Спускайся, — приказывает он, и я делаю шаг вниз. Сложив руки перед собой, я провожу пальцем по обручальному кольцу.

— Ты считаешь, что заслуживаешь пойти на пляж, ni~nita? — Он приподнимает мой подбородок, и я вынуждена встретиться с ним взглядом.

Я пожимаю плечами.

— Я не знаю.

Он убирает руку прочь.

— Я так не думаю. Ты вела себя не очень хорошо.

— Как, по-твоему, я могу вести себя после того, что ты сделал с Тони? — выплевываю я.

Драко прищуривается, а затем переводит взгляд на мои руки. Я даже не замечаю, что кручу кольцо на пальце — нервная привычка. Он хватает меня за запястье и поднимает мою руку, чтобы рассмотреть его.

Затем, прежде чем я успеваю это осознать, Драко хватает пальцами кольцо, намереваясь снять его.

Я мгновенно вырываюсь из его хватки.

— Нет! Перестань! Ты не можешь забрать его!

Он перестает дергать, и его сердитый взгляд встречается с моим.

— Ты указываешь мне, что делать?

— Нет. — Я быстро качаю головой, и мои волосы хлещут меня по щекам. — Я не указываю. Клянусь. Это все, что у меня от него осталось. Не забирай его. Пожалуйста, — умоляю я.

Он держит меня за запястье и смотрит, не моргая. Затем проводит пальцами по моему быстро бьющемуся пульсу.

— Ладно. — Он отступает, отпуская мою руку. Облегчение переполняет меня. Я почти хочу поблагодарить его, но облегчение мгновенно исчезает, когда он говорит: — Раз ты не позволила мне снять его, тогда ты сама снимешь его и передашь мне.

Я смотрю на него полным ужаса взглядом. Он это серьезно?

Даже не знаю, чему удивляюсь. Я знаю его. Он вовсе не шутит. Он это серьезно.

Я прижимаю руку к груди, как будто защищаю ребенка.

— Почему ты делаешь это? — Мой голос срывается.

— Потому что я, блядь, могу. А теперь сними его. — Голос Драко наполнен таким гневом, что это пугает меня.

— Я никогда ничего не делала тебе, и что бы ни сделал Тони, я сожалею об этом, но ты не должен наказывать меня за его ошибки!

Усмехаясь, Драко проводит рукой по своему подбородку.

— Ты думаешь, что я наказываю тебя из-за него? — Его веселье немедленно исчезает. — Тони сгинул. Мои разногласия с ним улажены. Но пока ты находишься под моей крышей, здесь не будет ничего, что принадлежит ему. Теперь. Сними. Это. Сейчас же.

Нахмурив густые брови, он протягивает руку. Его разъяренный взгляд чертовски пугает меня. Не понимаю его. Что я сделала, чтобы заслужить такое?

Я пыталась бороться со своими слезами, начиная с первой ночи, когда плакала в той клетке. Я боролась с ними, когда он не позволил мне поесть, и даже ночью, когда он крался за дверью моей спальни. Я боролась с ними, когда он заставил Франческу сделать те вещи со мной.

Я боролась с ними каждую ночь, но сегодня не могу. Просто сегодня действительно хреновый, поганый день.

Кольцо — это все, что осталось у меня от Тони, моего мужа, моей жизни, и он просит, чтобы я отдала его, словно оно вообще ничего значит?

Знаю, что не могу бороться с ним, не могу сопротивляться. Если буду сопротивляться, он накажет меня, и я уверена, что последствия будут хуже, чем голодание.

Я снимаю кольцо, и горячие слезы, которые падают на мои щеки, ощущаются подобно огненным линиям. Мое сердце грохочет в груди, все мое тело вибрирует, когда я, наконец, вручаю ему кольцо за двадцать пять тысяч долларов, которое значило для меня гораздо больше, чем деньги.

Когда оно оказывается в его ладони, он сжимает его, но не отводит своего взгляда от меня. Драко делает один большой шаг вперед, приближаясь ко мне так близко, что я чувствую жар его тела. Он наклоняется вперед, и щетина на его подбородке касается моей щеки.

— Ты должна знать, ni~nita, что ты не принадлежишь ему. Его больше нет, он никогда не вернется. — Драко смахивает слезы с моей левой щеки. — Однажды, когда ты примешь это, все вокруг станет намного проще для тебя. Все, что тебе нужно сделать, это подчиниться, — говорит он, проводя рукой по моей руке. Моя кожа покрывается мурашками в ответ. — Прими эту судьбу. Делай, что тебе говорят, угождай мне, и все пойдет намного более гладко для тебя. Готова ли ты принять эту судьбу?