– Надя?- неверующе подаю голос, и красные глаза стремительно устремляются вверх, и, казалось, они стали ещё больше, дрожь стала ещё сильнее. На еле держащих меня ногах преодолеваю ступеньку за ступенькой, пока не останавливаюсь в пяти шагах от тёти. Мне было боль смотреть на неё, такую подавленную, сломленную, а ещё больнее было осознавать, что виновницей этого являюсь я.

Этот человек столько сделал для меня, а что сделала я? Ничего, кроме того, что мы с ней имеем сейчас - багаж обид, недоверия и разрушенной мирной жизни. Последние пять шагов были сделаны ей, и вот моё содрогающееся от рыданий тело в родных руках, в таких нежных, хоть немного и шершавых от хозяйственного мыла. Я крепко-крепко обняла Надю, что-то шептала ей на ухо, кажется, слова извинения, в ответ слыша: 'Всё хорошо, всё хорошо, всё хорошо', как сломанная пластинка повторяет слова снова и снова, но я-то знала - ничего хорошего нет.

– Не плач, девочка, не плач,- приговаривала Надя, отстранившись от меня, чтобы дрожащими пальцами избавить мои щёки от солёных слёз,- Всё уже хорошо, всё...

– Я не хотела тебя обидеть,- перебиваю её, хватая ртом воздух,- Не хотела тебя расстраивать.

– Я знаю, уже всё хорошо, не плач,- почему она говорит, что всё хорошо, когда всё так плохо? Когда я являюсь предательницей, являюсь неблагодарной.

– Я очень люблю тебя,- заглядываю в родные глаза, отыскивая в них тот уют, который мне не хватала прошедшую неделю.- Прости меня, пожалуйста.

– Я тоже тебя люблю, Ника,- вновь обнимает меня, поглаживая по волосам,- Мы снова будем вместе, слышишь? Сейчас же поедем домой, и про всё забудем, будто ничего и не было.

Всё моё тело окаменело. Поднимаю заплаканный взгляд на Александра, который стоял около открытого окна, выпуская в него струйку сигаретного дыма. Я настолько была погружена приездом Нади, что не задалась главным вопросом: 'Как она узнала, где я?' Её слова об отъезде меня будто отрезвили. Я не хочу уезжать, я не хочу оставлять Сашу. Да, безумно скучала по тете, да чувствовала вину, но мне хотелось лишь знать - она не обижается, она всё понимает.

Вижу чуть поодаль на диванчике Катю, рядом с ней Антона. Девушка не выглядела так гордо и величественно, как принято было ей вести себя в моё присутствие. Её плечи опущены, голова опущена - всё это свидетельство бессонной ночи, причина которой была мне хорошо известна. В этом доме не хватает Максима, не хватает улыбчивого парня, который бы сложившуюся ситуацию вырулил в позитивное русло, но будь он здесь, возможно, ничего бы исправлять не пришлось.

Отстраняюсь от Нади, чья хватка усилилась на моих плечах, стоило понять, куда я собираюсь направиться:

– Ника,- злость не давала возможности её услышать, остановиться и молча согласиться.

Дёргаю плечом, избавляясь от хватки, и стремительно подхожу к Александру. В лёгкие попал табачный дым, но я терплю, с силой разворачиваю к себе молодого человека, который мне поддался, сам развернулся, но не желал смотреть в глаза, куда интереснее ему был пепел, упавший к нашим ногам:

– Что это значит?- закричала я и, чтобы заставить посмотреть на меня, выхватываю сигарету из его пальцев, с отвращением отбрасывая в окно,- Ты решил от меня избавиться? Я тебе надоела?

– Не кричи,- его спокойствие убивало, как и успокаивающее прикосновение к своей руке,- От тебя никто не избавляется.

– Тогда зачем ты сказал Наде, где мы живём? Или она сама узнала?

– Я ей позвонил. Так надо, вчерашний день этому показатель.

Качаю головой, не в силах сдерживать крик.

– Вчера мы были на нервах, половина сказанного мной - неправда. Я раскаиваюсь!

– Ника, подойди ко мне,- от голоса тёти содрогаюсь, но не повинуюсь, в упор смотрю на зеленоглазого.

– Дело не в твоих словах,- он с шумом выдыхает, будто слова даются ему с трудом,- Дело во мне, в нас. Я ошибся, когда думал, что наше время пришло. Оно не пришло, Ник.

– Просто скажи, что не хочешь быть со мной,- обхватываю себя руками, желая скрыться от внимательных глаз свидетелей разговора,- Я хочу быть рядом, чтобы не происходило, потому что люблю тебя!

– Ника!- Надя повысила голос и сделала шаг ко мне, но от холодных слов Александра остановилась:

– Дайте нам минуту,- зелёный взор обратился ко мне,- Обещаю, когда придёт время, я приеду за тобой, сейчас ты сама знаешь, какие возникли проблемы.

– Не приедешь,- закрываю лицо руками, захлёбываясь собственными слезами,- Пожалуйста, Саш, позволь мне остаться.

Уже через секунду чувствую крепкие руки, обхватывающие мои плечи, лёгкое поглаживание по спине, и мне захотелось остаться в этом моменте, раствориться во времени, лишь бы оно не продолжило свой черёд:

– Я тоже тебя люблю, Ника. Мне нужно время, нам всем нужно время.

Неверующе качаю головой, обхватывая руками его торс:

– Не любишь. Если бы любил, то не оставлял бы меня.