Пешка дьявола - Харрис Лилиан

Его стул волочится по полу, придвигаясь ближе, пока его колено не касается моего. Его дыхание пробегает по моей шее.

Горячее.

Тяжелое.

Соблазнительное.

Он весь такой.

Он сжимает мое тело в эротическом потоке. Никогда раньше я не чувствовала такого так сильно. Я боюсь повернуться, взглянуть на него.

Почему меня так заводит незнакомец? Это безумие.

Я знаю, что давно не была с кем-то, и этот мужчина прекрасен, но эта манящая, электрическая энергия, притягивающая меня, должна прекратиться.

— Я не против того, чтобы ты пялилась на меня. — Его голос ласкает мою кожу, его слова скользят ниже, заполняя пустоту возбуждающей потребностью. — Пожалуйста, продолжай. Мне это очень нравится. Давно я так не наслаждался чем-то.

Мое сердцебиение учащается — окей, на несколько ступеней, — смешиваясь с клубком узлов, соединяющих мои внутренности.

Я должна бояться, сидя здесь с этим мужчиной, который явно хочет меня и, возможно, может причинить мне боль. Но разве это имеет значение, если он это сделает? Что я теряю? Мне больше не для чего жить.

— Я… я не пялилась, — лгу я, рискуя взглянуть на него, и резкий выдох срывается с моих губ.

Улыбка, пляшущая на его губах, и блеск в его глазах говорят мне, что он знает, что я лгу. Его взгляд скользит по моему лицу и телу, заставляя меня съежиться. Он смотрит на меня так, как будто хочет попробовать меня на вкус, его дыхание все еще наполнено алкоголем. Эротичность, проскальзывающая в этих медных оттенках, должна была бы оттолкнуть меня, но она лишь затягивает меня глубже, как зыбучий песок.

Я хочу быть желанной. Я жажду этого.

Я страстно желаю этого. Я никогда раньше не испытывала такого желания.

Может быть, это мой шанс стать кем-то другим. Я не та Ракель, которой была вчера. Сегодня я могу стать кем-то другим.

У прежней Ракель был шанс жить.

А у новой — нет.

Наконец-то я могу быть беззаботной с мужчиной и не переживать. Что мне терять? Он может быть именно тем, что мне нужно, чтобы помочь забыть об ужасе моего существования, хотя бы на несколько часов.

Он сосредотачивается на мне, и мое тело мгновенно оживает, умоляя поддаться искушению. Он — ангел в теле дьявола, и в глубине души я хочу узнать, каково это — быть совращенной таким, как он.

Киара и раньше встречалась с незнакомцами, но я всегда была склонна к отношениям. Мне нужна эмоциональная связь, прежде чем я окажусь в чьей-то постели. Но почему я должна позволять этому останавливать меня сейчас? Завтра меня может не быть в живых.

Я не лгала, когда сказала Киаре, что хочу умереть. Это единственный выбор, который у меня есть. Единственный выбор, который оставил мне моя семья.

— Итак, о чем это ты говорила по телефону? — спрашивает он, немного отклоняясь назад, но все еще находясь неловко близко.

— Разве ты не слишком любопытный? — Я вскидываю бровь, когда часть напряжения покидает мои плечи.

— Ты практически рассказала всему бару историю своей жизни, малышка.

Он криво усмехается, перебирая пальцами свои роскошные волосы, и я мгновенно вздрагиваю от этих чувств, от того, как двигаются эти большие руки.

— Если бы ты хотела сохранить все в тайне… — Он наклоняется к моему уху, его губы находятся вблизи моих. — Тебе, вероятно, следовало использовать свой внутренний голос.

Мое тело покрывается жаром и мурашками от мягкого соблазна, прозвучавшего в его тоне. Я не уверена, был ли в этих словах скрыт сексуальный подтекст, но мне так показалось.

Я еще больше осознаю его близость, и каждый раз, когда он говорит, это звучит так, будто он читает грязную поэму.

— У меня был тяжелый день, — бормочу я, пытаясь спрятаться за этим сильным влечением, когда он отстраняется.

— Мне жаль. — Его флирт исчез, сменившись волной беспокойства.

— Мне тоже, — вздыхаю я, снова и снова вспоминая события сегодняшнего вечера, в то время как мои легкие сжимаются с каждым вдохом, который я пытаюсь сделать. — Знаешь, может быть, я все-таки выпью что-нибудь.

Я зову бармена, поднимая палец, чтобы привлечь его внимание, но в этот момент рука незнакомца опускается на мое предплечье, и мою кожу мгновенно покалывает. Его прикосновение грубое и шершавое — все, чем должно быть прикосновение мужчины.

Я поворачиваюсь и вижу, что его стальной взгляд устремлен на меня, и меня словно удерживают на месте. Меня завораживают эти глаза, спокойные и успокаивающие, как кружка теплого какао в зимний день. Чего бы я только не сделала, чтобы обхватить его руками.