– Мне все равно! – практически выкрикнула, перебивая его, Саша. – На дворе двадцать первый век и шампуней с разными ароматами больше, чем ты можешь себе представить.

Она резко развернулась и выбежала из кабинета. Саша понимала, что его не удовлетворил её ответ и придет время, когда Дима потребует объяснений. Она неслась по коридору, практически не замечая, куда бежит, а мысли все остались там, в кабинете, где всего несколько минут назад её обнимал мужчина. И этот мужчина вызывает у нее противоречивые чувства.

Саша забрела в туалет и, облокотившись на умывальник руками, посмотрела в зеркало на свое бледное лицо и блестящие глаза. Что с ней происходит? Почему она так себя ведет? Почему не может забыть ту ночь? Нет, чтоб хмыкнуть на его замечания и на то, что он забрал заколку и предложить, чтоб он оставил эту дрянскую заколку себе на память и сесть дальше работать. Так нет, она позволила себя обнять и поцеловать.

Детский сад какой-то! Ей, Богу! Нет, чтоб оставаться безучастной, Саша заговорила с ним и еще и ударила. Саша закрыла глаза и покачала головой. Своими поступками она его просто дразнила, как и он её.

Александра вздохнула и вернулась в кабинет. Димы там не было, а вот любопытных взглядов стало еще больше. Они оживленно болтали, пока Саша не вошла. Она улыбнулась и села на свое место.

Сначала стояла полная тишина, только глухой шум кондиционера прерывал её, а потом понемногу начали перешептывания. Саша покачала головой и стала придумывать слоганы к косметической компании. Шепот продолжался, пока в кабинет не вошел Дима и не гаркнул:

– А-ну, работать марш! До обеда еще два часа!

Все мигом разошлись по своим местам, а в помещении остались только шестеро. Дима подошел к Саше и положил перед ней заколку.

– Это не моя. – тихо сказала она и отложила её на край стола.

– Твоя, по моей вине, поломана. – виновато сказал Дима и в этот момент позвонил телефон. Он перехватил Сашину руку и ответил.

– Сашенька, я уже приготовил кофе и жду тебя. – услышал Дима голос отца и сжал со всей силы трубку.

– Да, она будет. – процедил он и посмотрел на девушку. – Тебя отец ждет, Сашенька.

Дима таким тоном сказал её имя, что можно было подумать она – это что-то заразное. Саша посмотрела на него с недоумением, выключила свой компьютер и сложила блокнот в сумку.

– И давно это ты для него Сашенька? – прошипел он, выходя вместе с ней в коридор.

– Давно. – коротко ответила Саша, давая ему понять, что не собирается с ним объяснятся и вообще не желает говорить.

– Давно… – повторил Дима и холодно засмеялся, когда они вошли в лифт. Дима сразу же загнал её в угол, нажав пред этим нужную кнопку. – И многим ты позволяешь себя так называть?

– Отойди. – Саша попыталась оттолкнуть его, но вместо этого оказалась прижата к нему так, что её руки оказались, зажаты между ними у него на груди. – Отпусти! Ты с ума сошел?

– А что если не отпущу? – наклонив к ней немного голову, так что его губы касались её виска. – Не лучше ли спать со мной, чем со стариком?

– Твой отец не старик! – возразила Саша и поняла, что он обратил внимание на то, что она не возражала против того, что Дима считает её любовницей Константина, и об этот свидетельствовала его усилившаяся хватка.

– Но я моложе и к тому же знаю, как доставить удовольствие, такой как ты.

– А какая я? – ощетинилась Саша, но он ответить не успел, двери лифта открылись.

Саша наступила ему на ногу и, когда он на шаг отступил, кулаком заехала в живот и, освободившись, вышла из лифта, предварительно нажав на кнопку первого этажа.

<p align="center">

***

Дима понимал, что ведет себя эти четыре недели, как одержимый. Все это время он не находил себе места, если несколько раз за день не зайдет к Саше и не скажет ей какую-то колкость или не выведет из себя. Если первые две недели Саша огрызалась, отвечала на колкость колкостью, то следующие две недели игнорировала его и играла в молчанку. Все это бесило его еще больше. Дима сам не понимал, что им движет, но осознание того, что Саша близка с его отцом, еще больше выводило из себя.