Делать нечего и Николай пошел следом. Он подошел, стал рядом, взял из ее рук папку и уже спокойным тоном заговорил:

– В настоящий момент закрепили БНС.

Коваль взглянула на него вопросительно, а начальник тут же пояснил:

– Буронабивные сваи.

– Ясно.

– Начинаем собирать пролетные строения. – продолжил он и вновь окинул ее своим изучающим взглядом, а сам с трудом сдерживал свою улыбку.

Она не выдержала и строго спросила:

– Вы ко всем женщинам так относитесь, или только к прорабам на вашем участке?

– Нет, к женщинам я отношусь очень даже хорошо! А вот к прорабам на моем участке стоит приглядеться. Да и приглядеть за ней, ох, как не мешало бы!

Маргарита Савельевна изучающе смотрела в его лицо и тихим голосом пояснила:

– За собой смотрите, и за рабочими.

– Вы теперь тоже моя рабочая. Ох, какая рабочая! – не унимался Потапов и, с усмешкой на лице, все рассматривал и рассматривал красивое личико этой нежданной рабочей силы.

– Я не уйду отсюда, даже если вы очень этого захотите! – стояла на своем Рита и с обидой отвела взгляд в сторону.

– Да, я и не хочу уже! – пожал он в недоумении плечами: – Просто подожду, чем все это закончится!

– Построим мост, и я с удовольствием отсюда уйду! – отозвалась она таким же тоном, что и он.

– Ох, построить бы нам его! – вздохнул тяжко Потап и, качнув головой, отвернулся, чтобы она не видела, что он вновь не удержался и засмеялся.

С этого дня у Маргариты Савельевны началась другая жизнь, полная азарта и экстрима. Азарта, потому что она еще никогда не строила мосты и дороги, а экстрима, потому что она была под пристальным взглядом пары десятка мужиков, и все они неотступно следовали за ней под любым предлогом.

Мост дело серьезное, строить надо прочно и на века. Кругом лес, на десятки километров ни души, только отдаленные дачи, да случайные проезжающие, которые заплутали в дороге, и случайно забрели к ним на участок.

Но Коваль справлялась со своей работой и ушла в нее полностью, вникая во все сразу и с удовольствием. Она старалась не замечать тех подколок и усмешек со стороны строителей, а только внимательно следила за ходом работы и чертежами.

Постепенно Потапов сменил свое отношение к женщине, понимая, что она знает толк в строительстве, и свою профессию она, как ни странно, любит и знает.

Строители упорно не отставали от нового прораба, но Рита не давала ни малейшего повода думать о себе легкомысленно. Со всеми была строга, неприступна и серьезна.

После работы, она счастливая и уставшая возвращалась домой, а там ее уже ждали муж и дети.

Дэн проходил курс химиотерапии, надо было принимать кучу таблеток, делать уколы, а главное уделять ему больше внимания.

На работе никто не знал о ее проблемах, да и Туркина она тоже попросила никому ничего не говорить. Станут в душу лезть, а там и так больно и горько.

– Есть, кто дома? – спросила она с порога, а сама поставила сумки на пуфик и бросила ключи на столик к зеркалу. Тут же сняла свои кроссовки и, подхватив пакеты, пошла через гостиную в кухню.

Из комнаты выбежал сынишка и сразу охватил ее ручками.

– Мама приехала! – и тут же спросил: – А что ты купила?

– Дома живут два человечка – чё купила и где была. – улыбалась она, а сама уже склонилась, чмокнула Артура в щечку и спросила: – А где папа и Геля?

– Они рисуют.

Рита с радостью смотрела в умные глазки сынишки и поинтересовалась:

– Что они там рисуют?

– Они рисуют проект нашего загородного дома.

– О как! – удивилась она и, поставив сумки на пол, пошла вместе с сыном в комнату.

Они вошли и стали у стола, за которым так увлеченно сидели и рисовали муж и дочка.

– И что это у нас такое будет? – поинтересовалась она и стала рассматривать их рисунки.

– Мы с папой решили, кто лучше нарисует наш загородный домик. – поведала Ангелина и с улыбкой посмотрела на мать.

Женщина посмотрела в один лист, потом на другой и весело сказала:

– Какой бы вы сейчас дом не нарисовали, мне очень приятно, что он будет построен моими любимыми и дорогими.

– Нет, строить его будут строители, а мы только проектируем. – отозвался Дэн и посмотрел в ее сторону. – Добрый вечер. – ласково сказал он и обнял её рукой за талию, а сам признался: – Мы уже соскучились.

– И я по вам тоже очень соскучилась. – отозвалась она ласково, а сама склонилась и поцеловала мужа в щечку и добавила: – Очень сильно соскучилась!

– Тогда пошли, мы будем тебя кормить! – вскакивая со стула, предложила громко Геля.