— Аман, забери его отсюда. Он плохо себя ведет, — говорю я и, встав, накрываю Ирса одеялом, присаживаясь рядом. Не надо ему голышом при других разгуливать.

Ниррай садится на корточки, пялясь на нас с любопытством, и я говорю уже ему:

— Я не хочу, чтобы ты смотрел на моего голого парня, — и обнимаю Ирса, чтобы все дикие вампиры поняли, на кого именно не надо таращиться.

— Я не могу его забрать, — отвечает Аман. — Он вредничает. Я и так три часа его отвлекал. Но уже хорошо, что вас он не трогает. Люди под янтарем, Мил под защитой. Надеюсь, всё так и будет спокойно.

Ниррай, ничего не ответив на это, поднимается и продолжает изучать комнату. Открыв дверь, ведущую в душевую, рычит и тут же захлопывает.

— Что не так с нашим санузлом? — спрашивает Ирс, вылезая из моих объятий и вставая.

— Душ, — фыркает Ниррай, будто там что-то совсем иное, типа помойки или, может, еще чего противного.

— Я пытался его помыть, он испугался, — говорит Аман, а Ниррай вдруг резко приближается ко мне и нюхает шею.

— Эй! — возмущается Ирс и тянет того за локоть от меня, но Ниррай вмиг оборачивается и рычит, выставляя и когти, и клыки.

Я подрываюсь с пола, слыша, как падает покрывало с Ирса за моей спиной.

— Всё, всё, не трогаю! — говорит мой парень, сдаваясь, а вот я сдаваться не собираюсь. Тоже показываю зубы и рычу в ответ. Я против агрессии, но тут без нее я просто не могу.

— Блядь, Аш! — только и успеваю услышать я голос брата, как Ниррай кидается на меня. Мы сцепляемся, а потом мною же и шарахают об стену, да так, что воздух из груди вон и перед глазами рябит. В себя прихожу быстро, услышав болезненный вскрик Ирса, и кидаюсь на Ниррая снова. Его уже пытается схватить Аман, но у него не получается.

— Какого хуя? — рявкает Мил, ворвавшийся к нам в комнату, но мы, уже пробив стекло, вываливаемся на улицу, так что мне не до него.

У меня нет когтей, да и драться я не умею, но всё равно пытаюсь делать хоть что-нибудь. Поэтому вцеплюсь в его плечо зубами. В рот хлещет противная, с привкусом железа кровь, а мы со всей дури падаем на землю, сделав пару разворотов. Злость окутывает меня, и я теряю контроль над своим телом…

***

Мил

Ненавижу такие пробуждения, тем более когда я к ним совершенно не готов. Грохот, рыки и Мура нет рядом, что совсем меня не радует. Быстро натянув штаны и ботинки, хватаю свои ножи и несусь на шум, а там оргия, что вышла из-под контроля — трое голых вампиров, четвертый в штанах. Аш, за каким-то хреном сцапав Ниррая, вылетает в окно, даже крылья не выпустив. Эти двое шустренько за ним, ну и я, естественно, тоже. Запрыгнув на подоконник, я вижу, как Цветастый с Аманом пытаются оттащить злющего Ниррая, и это им даже удаётся. И вроде бы Ашу сейчас унестись на хрен отсюда, только он этого не делает. Он выпускает крылья, вскапывает когтями траву и поднимает красный взгляд.

— Да, бля… Еще один, — не сдерживаюсь я от высказываний. А самое главное, я вообще не понимаю, как помочь. И кому, блин, помогать вообще. Может, мне вообще сейчас лучше бегством спасаться, а не с подоконника за ними наблюдать. Прям ВИП-ложа на вампирских боях.

Будь они людьми, было бы проще. А они вампиры, на которых действует янтарь, но одного он может убить, а второго просто усыпить. И не хотелось бы убивать кого-то из них случайно, думаю, Мур расстроится.

Ниррай вырывается из захвата, ободрав когтями его державших, и они с Ашем снова сцепляются. Рыки стоят и все так быстро, аж мельтешит, и я не успеваю понять, кто побеждает. Аман прям в гущу событий лезет, и его откидывают. А эти двое портят газон, вскапывая его, видимо, торможением или падением. Не успеваю я проследить.

Как из ниоткуда появляется Мур, и я это понимаю только по его ярким волосам. Он тут же присоединяется к вампирскому мельтешащему кому, и спустя еще пару мгновений клубок раскалывается надвое, и я снова могу видеть всех не какими-то непонятными тенями, а более очевидно. Ирс обнимает перепачканного кровью, тяжело дышащего Аша, у которого одно крыло искривлено и висит без движения. В воздухе он держится только благодаря второму. С клыков стекают бордовые капли, и выглядит он сейчас ни фига не милым и безобидным дитем.

А вторая часть клубка — это подранный Ниррай, у него даже куска мяса на плече нет. Он тоже злющий и вырывается, ток не дышит шумно на всю округу.

Взмахивая здоровым крылом, Аш поднимается выше и уносит Ирса, и я не сразу понимаю, куда он направился. А когда на меня начинают стремительно лететь, только и успеваю, что спрыгнуть на пол. Они занимают постель, и Аш принимается Ирса облизывать, видно, жалея, на меня лишь, почти ласково, рыкают. Типа «вали отсюда». Но я даже встать не успеваю, потому что меня подхватывают на руки и куда-то стремительно уносят. Смазанность пространства заканчивается, когда мы падаем на пол. Точнее, Мур падает, а я на нем остаюсь. На его щеке глубокая царапина и волосы спутались, но в остальном вроде весь целый, только почему-то штаны местами мокрые.

В комнате начинается какая-то движуха, но я не обращаю на это внимания, как и Мур.

— Цел? — спрашивает у меня зачем-то.

— Да. Я, в отличие от тебя, не участвовал. Не решил, как могу помочь, — я наклоняюсь и целую его под царапиной. Она почему-то не заживает.

Мур аккуратно меня с себя стаскивает и, встав, выкладывает из карманов пузырьки с голубоватой, мерцающей жижей, ставя их на комод. Отдельно складывает горкой осколки. Не знаю что это такое, да и плевать мне на эти банки. Все так быстро произошло, что я даже испугаться за него не успел, зато теперь меня прямо к полу этим прибило. Сразу начинает лезть в голову абсурдное «а что если бы…»